b000002181

ДЕРЕВЕНСКІЙ КОРОЛЬ ЛИРЪ. 135 Третій былъ „сивый старичекъ", иалень- нами, поправляя рубаху, затопоталъ своими кій, худенькій, низенькій. Но о немъ рѣчь новыми липовыми лапотками.—Еще мы на- впереди. по-о-мнимъ! Да!... Коли, что, мы напо-о- ------- мнимъ! Мы еще въ своемъ дѣлѣ—владыки! ц Ты еще насъ—почти! Али я въ своемъ домѣ не король? Али у меня заслуги нѣтъ? Для примѣра, я разскажу вамъ, о чемъ и Е-есть!... Коли что,мы еще напо-о-мнимъ!... какъ мы бесѣдовали. — Другъ, этого не скажи,—проговорилъ Усядемся мы на колодѣ подъ окнами избы, печально дѣдъ Арефъ. — Исполнится пре- Солнце въ это время какъ разъ стоитъ пе- дѣлъ... редъ нами, такъ какъ оно закатывается за — Предѣлъ-то еще когда исполнится!... крыши противуположныхъ избъ. Своими Да!... Еще далеко до конца-то предѣла! Мы блѣдными, негрѣющими уже лучами мягко еще, слава Богу, въ полномъ разумѣніи, ласкаетъ оно старческія лица; старики жму- чтобы намъ конецъ-то предѣла показы - рятся и ёжатся подъ его лаской, какъ ста- вать!... рые коты. — Ты, вѣдь, у насъ бодеръ! Ровно ста- — Нонѣ, миленькій, намъ чести нѣту,— рый жеребецъ инно возгоришься,—замѣтилъ выговариваетъ мѣрнымъ, неторопливымъ го- старикъ-кузнец ъ, не переставая жевать без­ носомъ Арефъ, откинувъ свою массивную зубымъ ртомъ, и беззвучно засмѣялся въ фигуру и большую сѣдую голову къ стѣнѣ, свои усы. скрестивъ на животѣ руки и совсѣмъ за- Самара весело все время смотрѣлъ на крывъ глаза.—Не тѣ времена! Посмотри на сиваго старичка и хитро - снисходительно сходъ, — на сходѣ нонѣ все середнякъ-му- улыбался прищуренными глазками, жикъ... Нѣтъ намъ чести! Говорятъ: „Окажи — Ты прислушай-ка, дружокъ, ежели не намъ умъ! По нонѣшнимъ временамъ умъ въ обиду твоей милости будетъ. Я тебѣ нуженъ... А какой у васъ, стариковъ, мо- про платинку разскажу,—обращается сивый жетъ быть умъ? Чего вы въ нонѣшнихъ вѣ- старичекъ ко мнѣ, снова подсаживаясь сбо- кахъ понимать можете?"— „Понимали", мол- ку и съ удивительною деликатностью ка- вишь. — „Понимали, да не нонѣшніе вѣка! саясь моей колѣнки своею заскорузлою ла- Нонѣшеіе вѣка особенные..."—„Не глупѣе донью. васъ были, молвишь, за міръ стоять умѣ- — Сдѣлай милость, дѣдушка Онуфрій,— ли... Выстойте-ка вы! Давайте-ка спинами, отвѣчаю я и замираю, закутываясь плотнѣе али скулами считаться: у кого онѣ за міръ въ пальто, приготовляясь слушать, такъ больше трещали?"—„Трещали онѣ у васъ, какъ знаю, что это будетъ длинная-длинная смѣются, только и дѣло было, что треща- страница воспоминаній, читая которую ста­ ли... А ты вотъ окажи по нонѣшнимъ вѣ- рикъ ухитрится пережить и перечувство- камъ умъ... да!... гдѣ нужно — змѣей, гдѣ вать вновь самыя мельчайшія и неуловимыя нужно—лисой, гдѣ попроси, гдѣ попляши— ощущенія прошлаго, хотя бы отдаленнаго вотъ нонѣ мірская заслуга!"... И точно: уже на цѣлые полвѣка, глупы мы на эти дѣла... глупы!... И Богъ Цѣпляясь одно за другое, плавно тянутся съ ними, пущай!... „Ты, говоритъ, вотъ эти „напоминовенія заслугъ". Но только,— спиной-то мельницу не вывелъ, крышу же- удивительное дѣло!—какъ-то, въ копцѣ-кон- лѣзомъ не покрылъ... Хорошо, говоритъ, цовъ, изъ разсказа оказывалось, что „за- оно тебѣ за чужимъ-то умомъ за печкой си- слуги" эти вовсе не относятся къ тому, къ дѣть! Небось! скрозь желѣзную-то кровлю кому, по справедливости, должны быть от- тебѣ въ лысину не каплетъ!"... Ну, и Богъ несены, а къ предметамъ, не имѣющимъ съ съ ними. Пущай по новому управляются... заслугами ничего, повидимому, общаго. А мы послужили... Помянутъ и насъ... Вотъ, напримѣръ, разсказъ о похожденіи — Еще по-мя-я-ну-утъ! Нѣтъ, это по- „платинки". годи!—заговорилъ сивый старичекъ, сидѣв- Простое, извѣстное дѣло: крутой ба- шій по правую сторону меня, въ накину- ринъ, вымогательство оброка, „гдѣ хочешь томъ на плечи старомъ нагольномъ полу- бери—неси". Сошлись старики, потолкова- шубкѣ. ли и вынули изъ онучь завѣтныя платин- Сивый старичекъ этотъ былъ съ сивою ки, гдѣ-то, когда-то сообща полученныя ими же, повылѣзшею мѣстами бородкой и слезли- за артельную работу. „На, говорятъ, Ону- выми глазками, изъ которыхъ одинъ ничего фрій, неси ему, брось"... Беретъ Онуфрій, не видѣлъ ужь и только какъ-то особенно идетъ къ барину и думаетъ: „Жалко пла- выразительно мигалъ. тинки! Много ли обождать? Вотъ вернемся __ Нѣтъ, это ты постой, Арефа Пима- съ заработковъ—отдадимъ, не зажилимъ... пычъ!—выкрикивалъ онъ и, вставъ передъ Зачѣмъ платинкѣ пропадать, а старикамъ