b000002181

А В Р А А М Ъ . 127 погодить; поди Платонъ Абрамычъ давно Такъ прошло полтора мѣсяца; начинало ужь объ томъ заботу имѣетъ, чтобы къ осени пахнуть осенью, наступали заморозки, не- опять построиться. настье; я сталъ уже подумывать о пересе- Но предположеніе дѣда Абрама, повиди- леніи въ городъ, тѣмъ болѣе, что и на мому, не совсѣмъ оправдывалось. душѣ у меня какъ-то стало тяжело, когда Вскорѣ послѣ нашего разговора, вече- я видѣлъ, во что обратилось наше мирное ромъ, возвращаясь съ гулянья, я засталъ деревенское житье, и предчувствовалъ ко­ на моей половинѣ чаепитіе: за самоваромъ нечную погибель слабаго патріархальнаго сидѣлъ Платонъ Абрамычъ, дѣдъ Абрамъ человѣка подъ тяжелою рукой хищника. Я и одинъ изъ зажиточныхъ крестьянъ на- начиналъ даже разочаровываться и въ па­ шей деревни. Меня, по обыкновенію, при- тріархальной способности дѣда Абрама гласили къ чаю. „устроятъ домы чадъ своихъ" и совсѣмъ — Какову у насъ старичекъ-то избу вы- пересталъ называть его „Авраамомъ". Но велъ послѣ пожара! — говорилъ Платонъ неожиданно случилось такое совпаденіе об- Абрамычъ гостю, показывая рукой на стѣ- стоятельствъ. Дѣдъ Абрамъ вдругъ захво- ну,—хотя бы купцу въ пору! Хоромы! ралъ. Стариковъ, какъ и дѣтей, недугъ — Пространная изба!—замѣтилъ гость. охватываетъ и измѣняетъ быстро. Вчера — Весьма пространная, — подтвердилъ ребенокъ былъ рѣзвъ, веселъ, пухлыя щеки Платонъ Абрамычъ, — только хозяина при пылали здоровымъ румянцемъ и ярко сіяли вей надлежащаго нѣтъ. Старичекъ ужь не- быстрые глазки, но болѣзнь въ одну ночь мощенъ, а Антонъ Абрамычъ и самъ только дѣлаетъ изъ него хилое, дряхлое существо; ври умственномъ хозяинѣ можетъ значеніе на утро его не узнаешь: блѣдная, прозрач- имѣть. Прикажи ему—онъ все равно какъ ло- ная, синеватая кожа, вмѣсто свѣтло-розо- шадь отработаетъ, а ежели что изъ своего по- вой, тусклые грустные глаза, съ синими ниманія—этого у него весьма мало имѣется! кругами подъ глазницами; тонкія безсиль- И Платонъ Абрамычъ распространился съ ныя руки и ноги. Такъ и со стариками, сожалѣніемъ о томъ, какъ такая „простран- Дѣдъ Абрамъ вдругъ какъ -то осунулся, ная" изба можетъ остаться безъ всякаго глаза еще дальше ушли подъ навѣсъ сѣ- приложенія. дыхъ бровей. Старческія руки и ноги дро- — Ты, вотъ, Платонъ Абрамычъ, свой жали; съ лица сошла улыбка нравственнаго домъ выведи съ этими приложеніями-то, а спокойствія и довольства; ее замѣнило вы- наша-то изба и такъ для собственнаго про- раженіе строгаго и сдержаннаго безпокой- стора пригодится,—замѣтилъ дѣдъ Абрамъ, ства. Къ вечеру онъ совсѣмъ слегъ; этимъ — Богъ дастъ, и свой домъ выведемъ, и же вечеромъ исчезъ куда-то и Платонъ на это ума хватитъ! Только къ тому гово- Абрамычъ; на слѣдующее утро не являлись римъ, что сердце болитъ, смотря на такую ко мнѣ чайничать ни тотъ, ни другой. Но необстоятельность. Вотъ что, старичекъ!-— около полудня къ избѣ подъѣхалъ возъ: это съ горестью замѣтилъ Платонъ Абрамычъ.— Платонъ Абрамычъ перевозилъ понемногу И куда вамъ просторъ-то? Потомству хоть свое имущество изъ мѣста прежняго своего что ли бы его предоставить, а то и нотой- жительства. Вошла Степанида и сказала, ства въ виду никакого не имѣется... что дѣдушка проситъ меня сойти къ нему. — Ну, вымремъ всѣ—тебѣ достанется,— Въ сѣняхъ, около подклѣти, я встрѣтилъ сказалъ, посмѣиваясь, дѣдъ Абрамъ. Платона Абрамыча съ супругой, которые — Это все воля Божія-съ. А сказано то- заполняли подклѣть всякою рухлядью: сун- же: „толцыте и предоставится"... Дуками, кадушками, банками и коробами съ — А ты здѣсь, Платонъ Абрамычъ, об- какимъ-то товаромъ. Въ нихъ замѣтна была жился. По нраву пришлась деревня-то?— какая-то лихорадочная поспѣшность, замѣтилъ гость. — Что это вы? совсѣмъ переселяетесь? — Мѣста привольныя и здѣсь! А глав- — На ваше мѣстечко, господинъ!...Что-жь ное дѣло—въ своемъ пониманіи,—отвѣчалъ такому простору впускѣ находиться?... Это Платонъ Абрамычъ съ смиреннымъ созна- и передъ Богомъ грѣхъ! — отвѣчалъ Пла- ніемъ своихъ достоинствъ. тонъ Абрамычъ съ какимъ-то особеннымъ — На то онъ и Платонъ Абрамычъ! Пла- нахальнымъ лицемѣріемъ. тонъ Абрамычъ — голова!... Платона Абра- — Мы, милый баринъ, не только что мыча на болото посади—онъ и тамъ гнѣздо себѣ, а и другимъ съумѣемъ удовольствіе разведетъ!... Онъ не загибнетъ!—говорилъ составить,—дополнила Маланья Ѳедоровна, дѣдъ уже не съ умиленіемъ, какъ прежде, — А какъ ваша постройка на староит а какъ будто съ возроставшимъ все больше пепелищѣ? и больше изумленіемъ передъ дѣловитостью — Постройка, господинъ, отъ умнаго че- своего молодаго сына. ловѣка никогда не уйдетъ! Мы завсегда