b000002180

кто охоту такую возымеет, желание, чтобы жить с нами в любви, так мы только будем радоваться да молиться, что открыл господь вашим душенькам такие пути... — И маме с нами можно будет? — И маменьке... Как же можно без маменьки!.. — И... и... па-апе т о ж е ?— спрашивала сестренка опять с некоторым сомнением. — И папеньке... Только бы, милые птенчики, желание было... А нам всякие хорошие люди нужны... Все ведь, сообща, мы будем вертоград-то насаждать... Нам ведь только одного не нужно: неволи да мздоимства... Что господь сказал? «Приидите, сказал, в вертоград мой все труждающиеся, и я успокою вас...» Вот, милые птенчики, что господь сказал... Не надо только в уныние, в отчаян­ ность впадать... Верить надо и домогаться надо!.. Это было последнее, что сохранила мне о Потане моя детская память. Шли годы. Давно уже «объявилось великое слово», и— увы! — давно уже волны новой жизни унесли нас да­ леко от доброй, наивной Потани, и эти же волны в свою очередь далеко унесли от нас Потаню... Мы забыли Друг друга... И чудный Потанин «вертоград» отступал перед нами, как мираж, все дальше и дальше... А сама Потаня? Это было уже долго спустя, десятка два лет. Случайно пришлось мне проезжать через свою дале­ кую, давно покинутую родину, и как-то само собой во мне вспыхнули забытые воспоминания, а с ними вместе и По­ таня. В самом деле: что она теперь? и как? жива ли? где бродит и о чем бредит? — задавал невольно мой утомлен­ ный и саркастически настроенный ум эти вопросы, имев­ шие для меня теперь значение только праздного любопыт­ ства: не мог же я в самом деле думать, что она действи­ тельно «насадила свой земной вертоград»! Но и на мои праздные вопросы никто ничего не мог мне ответить, и я, вероятно, покинув родину, снова забыл может быть навсегда, этого несчастного уродца. Но случай... случай ответил на мои смутные воспоминания. Возвращаясь с родины, я проезжал через те Пале­ стины, из «недр» которых некогда появилась Потаня. Р а з ­ 253