b000002179

армяк и растянулся, закинув руки за голову; Лука Тро­ фимыч чем-то недоволен и ворчит; Еремей Горшок сидит на лавке, сложив на брюхе руки, уткнув нос в бороду и покачивая головой, не то дремлет, не то думает о чем- то с закрытыми глазами. Бычков сидит у стола и соска­ бливает с него ногтем сальные лепешки. Видимо, все недовольны чем-то, всем не по себе. Так бывает всегда 'после неполной радости, нарушенного удовольствия, обманутого ожидания или ж е когда грубая, неуклюжая пошлость ни( с того, ни с сего ворвется к человеку в особенно высокие минуты душевного настроения и бес­ совестно оборвет высокую струну чувства, начинавшую звучать в душе. Как будто впросонках слышит Недоуздок, что приш­ ли однодеревенцы «беглой бабочки», староста, сотский и два крестьянина, — народ по одежде, видно, бедный. — Садитесь — гости будете! — приглашали пеньков­ цы, отодвигая от лавки стол. — Вот у нас хоромы-то к а ­ кие, простор, да толку мало... Надули нас ловко. Тогда с вьюги-то показалось знатно тепло... Ну, а теперь гос- подская-то печка не очень мужиков нежит! А мы вас насилу разыскали. Город. Народу всяко­ го много. Гости уселись по лавкам и стали говорить тихо, за ­ метив метавшегося в лихорадке Фомушку. — Болеет? -— спросили они. Заболел. Вьюга по дороге-то настигла. — Вы в больницу. Не желает. Погодите, просит, может, еще не смерть мне... Думает.- что завтра. Ну, а мы, Петька, за сапогами, брат, пришли, — говорил сотский Петюньке. — Скидавай сапоги-то. что делать. У меня у самого одни они надежа. В кожаных-то по теперешнему времени недалеко напляшешь до деревни, да и те худые... Разом с беспа- лым и ногами домой придеш ь. А ты вот получай свои узоры -то: в целости из тюрьмы выдали! — прибавил сот- ский, кладя на лавку растрепанные лаптишки. - С т а л о , о н в т в о и х с а п о г а х - т о ? То-то больно уж велики.