b000002179

время блаженно улыбавшийся, счел нужным принять вид человека, задумавшегося над решением задачи высокой важности... — Не замечаешь ли ты, — обратился Колосьин к П е­ тру Петровичу, скривив рот в ядовитую улыбку,— не замечаешь ли ты, что господин исправник имеет наклонность смотреть на вещи радикальнее д аж е нас?.. — Д а , замечаю, — как-то необычно резко перебил его Морозов и вдруг вспыхнул, так что Колосьин в не­ доумении искоса взглянул на него. — Кстати, скажите,—переменяя разговор, обратился Петр Петрович к исправнику,— чем кончилось дело этих старух? — Великолепно! Подобному решению я всегда по­ кровительствую... — То есть как именно? — спросила Лизавета Нико­ лаевна. — Они — упразднились, говоря учёным языком, но упразднились сами. Исправник засмеялся. — Д а разве можно самому «упраздниться»? — Можно-с!.. Отчего же-с? У нас это часто, у му­ жиков... — Каким ж е образом? — А различным образом, смотря по тому, к чему кто более наклонен. Бабы преимущественно посвящают себя богу... — И эти старухи тоже? — Тоже-с. И давно бы пора. Это значительно упро­ щает решение вопроса. Конечно, они обидели у меня старика, представителя власти, а стало быть, некоторым образом и меня в лице его; но что же взять с двух старых, закоснелых девок? Бог с ними!.. — Я слышал, что старшина просит у вас отставки,— сказал Петр Петрович. — Д а , он^ говорил; но я ему сказал, чтоб он об этом и заикаться не смел... — Напрасно. Я с своей стороны хотел просить вас уважить его просьбу. Исправник несколько удивленно посмотрел на Петра Петровича. — Прошу извинить, достоуважаемый Петр Петрович, никак не могу. Если б д аж е я сам хотел этого, не мо­ 777