b000002179

Я обратился с расспросами к старшим, но они как- то испуганно все спрятались за меня. Вдруг разговари ­ вавшая со мною малая девчурка вырвалась от сдержи­ вавшей ее толпы сверстниц, отбежала на середину улицы и храбро прокричала оттуда мне: «Баушка-то Павла недавно в темной сидела! Она самому стар ­ шине...» Но тут вся куча, шумевшая вокруг меня, как стая воробьев, бросилась за девчуркой. Девчурка, выпятив еще больше свой живот, со всех ног побежала от них, заливаясь на всю улицу пискливым смехом. Посередине Суровка пересекалась широким переул­ ком, делившим ее с давних времен на две значительно различные половины: на одной жили преимущественно бывшие помещичьи крестьяне, на другой — государ­ ственные, или, как говорят мужики, казенные. С одной стороны этого переулка находился небольшой, грязно­ ватый и полузаросший прудок; около него л еж ал а на козелках водопойная колода, а близ нее было брошено большое старое бревно. Это старое бревно, вероятно, искони было седалищем деревенских старцев, около которых собирался мир и часто толковал о своем житье- бытье. Около него и теперь собралась толпа. Проходя мимо, я рассмотрел человек пять стариков, сидевших на бревне; в кружок около разместились мужики по­ моложе: кто, сидя на корточках, ковырял задумчиво щепкой землю, кто просто сидел на траве, поджав ноги, кто стоял, переваливаясь с ноги на ногу или медленно переходя с одной стороны сборища на другую. Все они слушали кого-то, изредка вставляя односложные зам е­ чания. .! 1 — Вот она, баушка-то П авла, со стариками го­ ворит! — показали мне девчонки на высокую, сгорблен­ ную и сухую женщину, с черным платком на голове, в синем крашенинном сарафане и лаптях, стоявшую среди толпы пред стариками. — А вона и келья ейная тут! Вона, на пригорке-то!.. Ступай, теперь сам найдешь! Подойдя к угольной избе и никем не замеченный, я стал вслушиваться в мирской говор. Сначала я никак не мог понять, о чем шла речь, и только внимательно следил за Павлой, на которой было сосредоточено общее внимание. 747