b000002179

И з-за деревьев показалось платье Кати, но тотчас же опять пропало. Вероятно, она вернулась... — Знаете ли, — заговорила она тихо, — вы... вы берете на себя большой грех! — Я? — Д а, вы, своим малодушием, своим сомнением. Вы не можете не знать, что я привыкла верить в вас, итти с вами рука об руку. Я не могу оставить вас, — я нравственно связана с вами!.. Вы должны решить. До свидания! Из чащи показалась Катя; ее щеки пылали; она шла торопливой, ровной походкой, приложив левую руку к разгоревшемуся лбу; глаза ее были опущены в землю. Подойдя к скамье, на которой я сидел, она безучастно и равнодушно взглянула на меня и, не останавливаясь, не сказав ни слова, прошла мимо. Г л а в а ш е с т а я НЕЗАМУЖНИЦЫ После первого знакомства я стал очень часто, не только что ежедневно, но раза по два в день, заходить в полубарский выселок. Старая Кузьминишна связывала меня с ним все сильнее, почти родственными узами, и меня что-то тянуло к майорской колонии, едва я успе­ вал утром протереть глаза. Я перестал пить парное молоко у своей хозяйки и договорился насчет его с Кузьминишной; я стал д аж е очень редко навещать Мо­ розовых. Я полюбил всей душой майорский садик с его древней, могучей, одинокой елью, величественно царив­ шей над окрестною зеленью, с лавочками под ее густо и тяжело нависшими ветвями, от которых лился здо­ ровый смолистый' аромат. Я любил леж ать на копне скошенной травы, у ее массивного ствола, смотреть ск во зь , ветви на голубое, чистое, как бирюза, небо, внимать мерному, добродушному ворчанью Кузьмини- шны, обыкновенно сидевшей рядом на лавочке, в своих оловянных очках, и слушать постукивание и потрески­ вание деревянных спиц, которыми она вязала какую-то 734