b000002179

крестьянской девкой, в которой души не чаял, не мог признать свою дочь за дочь и вдруг вспыхивал весь как зарево, терялся, когда приезжал кто-нибудь из помещи­ ков, и торопил гостя к себе в кабинет. Кузьминишна при виде такого малодушия приходи­ ла в необычайное негодование. Она связывала свои узлы, входила в кабинет майора, показывая пальцем на образа, поражала его грозными речами и, наконец, просила расчета или, лучше сказать, не расчета, а просто отставки. З а смертью таинственной «девушки Глаши», которая, как я узнал впоследствии, была един­ ственным плодом увлечения ее юности, Кузьминишна отреклась окончательно от всякого корыстолюбия и пре­ далась всей душой Кате, заглушив в себе все личные потребности. Майор спешил успокоить ее и пускал в ход силлогизмы, вроде тех, каковыми характеризовал его Чуйка, — плод его «глубоких соображений» и хитрых извивов ума, которым он предавался после каждого нападения Кузьминишны. Кузьминишна редко сдавалась на эти компромиссы, и тогда майор давал ей честное слово, что скоро, очень скоро он решится. Майор чего- то ждал, ждал лихорадочно, как жд ал а тогда этого чего-то половина России... Наступил «незабвенный день» 19 февраля; майор пришел в какое-то странное, возбуж­ денное состояние, оделся в полную майорскую форму и, как-то особенно многозначительно посмотрел на Кузьминишну, уехал к попу в ближайшее село. Вскоре после манифеста была его свадьба. Кузьми­ нишна успокоилась. Но как она горько разочаровалась бы, ,если б была наблюдательным психологом, если б могла заглянуть в душу майора, в душу каждого тог­ дашнего вольтерьянца. «И чего он, хромой чорт, еще ' малодушествует!» — воскликнула бы она в отчаянии. А майор действительно опять малодушествовал, но з а ­ метила это, к несчастью, уже не Кузьминишна, а дру ­ гое существо. Пока росла Катя среди дикого однообразия своей уединенной усадьбы, пока крепли ее молодые физи­ ческие силы и еще спал рефлектирующий ум, пока она довольствовалась лесными экскурсиями с Кузей, под­ вигами бесстрашия относительно волков и иных лесных чудовищ, все шло мирно и спокойно: д аж е смерть мате­ ри, случившаяся на двенадцатом году жизни Кати, не 703