b000002179

на бревнах, из которых сочилась смола золотая на солнце, стали они что-то сурово отцу говорить. Что там было, о чем говорили, ни Пиман, ни сестра не слыха­ ли. Только скоро послышались им дикие крики и вопли отца, а из лесу с разных сторон, как по команде, р а з­ дался гуЛко и звонко стук топоров о вековечные сосны. Дрогнул как будто лес заповедный, и с последним кри­ ком отца их послышался хряст от паденья деревьев. Испугались ребята и в сильной тревоге забились за печку; слушали день весь, как по лесу гул и стук р а з­ носился, как птицы кричали, будто жалобно плача, носясь тучей над разоренными гнездами, как песни и говор немолчный скоро повисли вокруг. На царство лесное войной шло царство мирское. Поздний вечер настал, и солнце давно спустилось за стену лесную, сквозь стволы пробиваясь снопами желтых лучей, когда на смену уставшим прибыли но­ вые люди с целым рядом порожних подвод: то были бабы и дети; шумно скакали они прохладной просе­ кой, спеша на подмогу мужьям и отцам, которые их поджидали, сидя на свежеобрубленных пнях. Скоро, сложив на колеса сочные бревна, а сучья и хворост покинув на поруби, весело двинулся поезд к деревням; ребятишки верхами сидели на бревнах, молодые девки и парни вперед шли с громкими песнями, а за ними отцы, тихо ступая, усталые двигались. То был словно поезд победителей, возвращавшийся с битвы, обреме­ ненный добычей. А на него, будто украдкой, в окно долго смотрели Пиман и сестра, у которых любопыт­ ство давно пересилило страх: никогда еще прежде они не видали столько народу... Вот он, этот «мир», перед которым суровый отец задрожал (они не знавали, чтоб он когда перед чем волновался в испуге) и застонало лесное, темное царство... Долго тянулся медленный поезд, пока удалось ре­ бятишкам выглянуть за дверь и подсмотреть, что свер­ шилось. Вместо зеленой стены, за которою страшное что-то скрывалось, перед ними справа и слева и сзади леж ала равнина, а столетние сосны, будто в испуге, далеко назад подались и угрюмо смотрели на повер­ женных братьев. Долго стояли тут и смотрели Пиман и сестра в немом изумленьи вокруг — и на равнину, зеленым еще и свежим покрытую хворостом, и на хол­ 386