b000002179

ляется в правление фирмы, с дорогим портфелем под­ мышкой, одетый по последней моде, подвитой и разду­ шенный, хотя с несколько помятою физиономией после ночного кутежа, когда он только что пускается в весе­ лые разговоры с «правлением», вдруг входит разбе­ шенный хозяин, только что узнавший, что «племянник» проделал с его фирмой какой-то фортель. «Племянник» догадывается и бледнеет. Сначала он слабо защ и ­ щается, но когда «хозяин» все больше и больше начи­ нает уснащать свою речь местоимением «ты», с при­ личными эпитетами, вроде, «мерзавец», «негодяй», он лихорадочно начинает искать свой цилиндр. Но вот р а з­ дается грозное: «Гони его, подлеца! Бей!»—приказчики и конторщики бросаются вслед за несчастным, бегущим со всех ног в переднюю. «Племянник» схватывает свою ильковую шубу, ж ертвуя калошами, набрасывает ее на одно плечо и быстро спускается с лестницы, сопровож­ даемый пинком в шею, криком, гиканьем, свистом р а з­ влекавшихся неожиданным спектаклем конторщиков. Общее возбуждение «высшей инстанции» мигом пере­ дается «низшей», и последняя, высыпая от стара до мала из лабазов, уже встречает несчастного, летящего с лестницы, гиканьем, хохотом, циканьем. Низшая инстанция уже чутьем знает, в чем дело, так как эти спектакли устраиваются нередко. — Стрюцкий! — Суныла! — Суслик! — Крыса! — Тсссс!.. У-у-у-у! Все это несется вслед прекрасному незнакомцу из окон «высшей инстанции» и из кладовых «нижней», пока он, быстро и не теряя элегантности в походке, пробе­ гает ряд лабазов и, наняв ваньку, скрывается от взо­ ров' взбудораженных «рядов»... А «ряды» еще долго волнуются этим событием, пока весть о 'н ем не обойдет весь рынок. Наш «любопытный экземпляр», нанявший комнату в благородном семействе, не имел счастия или несча- стия принадлежать к высшей инстанции, бывшей редко достижимым идеалом для «сибирок» низшей. Высшая инстанция примыкала непосредственно к «цивилиза­ ции», низшая — к деревне. Все это, впрочем, как мы 297