b000002179

к попу — и ты к попу... А вдову-то ты оставь, ты с ми­ ром сначала потерпи... — Незачем мне к попу ходить; водки я не пыо, зер ­ ном у него не одолжался... Подите прочь!.. Я по спра­ ведливости живу!.. Нет вам ничего!.. — А! А! — закричала толпа. — Бери у него телегу со двора, тащи телегу... Вперед не будет баловаться!.. — Братцы, что вы делаете? Ведь я не для себя... Ведь я для бога, — говорил Строгий. — И мы для бога-а!.. Мы, брат, тоже для бога!.. Т а ­ щи полведра — или телегу со двора! И вдруг кажется Строгому, что он побежал из Д е р ­ гачей вон, за околицу. — Эй, эй! Лови! Держи! Д ержите его, православ­ ны е !— кричит за ним чей-то знакомый голо с.— Беж ать он вздумал! Ишь ты! Святее других захотел быть! Себя­ любец! Нет, ты с миром претерпи... И в этом голосе он узнает Ульяну Мосевну. — Стой! Не пущу! — вцепился в его рубаху костля­ выми руками худой, больной м уж и к .— Ты, говоришь, попу не задолжал?.. А я почему задолж ал? Ты мне почему зерна не дал, когда я просил?.. Кто меня к Гусе­ ву одолжаться прогонял? а? Ты! Ты, справедливый че­ ловек! Бей его, братцы! Бей! И чувствует Строгий, как навалился на него весь дер- гачевский мир... Вот сдавило ему живот, грудь, нельзя дышать... Строгий застонал — и проснулся. В головах у него стояла его жена и весь бледный, дрожащий Петр. Глава вторая В БЛАГОРОДНОМ СЕМЕЙСТВЕ I Стояло серое зимнее утро. Целую ночь валившийся крупными хлопьями снег потопил совершенно все З а ­ москворечье; но его обитателям, вероятно, казалось мно­ го теплее и уютнее сидеть за сугробами, так к а к никто из них не торопился приступать к очистке снега. Было воскресенье. Богомольные москвичи длинными валеными 284