b000002179

дилось малое «незаконно рожденное» существо. К ве­ ликому счастью мосеевой семьи, существо это жило один час. Бабкой была Аграфена, восприемником Мо- сей. Тою ж е ночью взял Мосей мертвого младенца, з а ­ вернул его в пазуху, и сказавши семье.- «Убью, ежели только слово на ветер вынесете!», унес его к себе в лес (как известно, он был лесником). Этою же ночью он схоронил его в лесных дебрях. Тайна Ульяны осталась навеки тайной. Ульяна ж д ала теперь жениха, и жених действительно вернулся к назначенному сроку, но вер­ нулся мертвым: его нашли замерзшим и занесенным вьюгой в полуверсте от деревни. «Чего тут? Видимо — судьба. Только смотри у меня — еще не дурить!» — прикрикнул Мосей на Ульяну. Ульяна скрытно от всех собралась на богомолье. Мосей махнул рукой: «Пу­ щай! Ей уж одна утеха!» Только через три года вер­ нулась Ульяна домой. Но больше скрываться было нельзя. На «барском дворе» уже ее наметили и погнали на барщину. Здесь столкнулась она с Сатиром. Он только что овдовел и остался один с трехлетнею дочерью. Дочь эту он любил, с охоты носил ей то земляники, то голубицы, то цветов. Ульяне понравилось это. Ей хо­ телось выйти за Сатира замуж . Но Сатир был еще тог­ да молод, и, как вся дворня, хвастлив и разгулен, меж ­ ду тем как Ульяна в двадцать пять лет выработала уже в себе ровный, спокойный, сосредоточенный характер. В первый ж е день их любовного объяснения Сатир по­ хвастался в кабаке, так, совсем зря, без всякого умыс­ ла, потому что и сам стал было любить Ульяну. В Улья­ не словно что порвалось. «Не судьба мне!» — решила она уже в последний раз и с тех пор стала избегать Сатира. Сатир был изумлен, но ему было и горько. Он уважал Ульяну за ее любовь к дочери, за ее строгий, степенный характер. Он видел, что ему уж не вернуть ее. К этому времени овдовел старший брат Ульяны, Вонифатий, и она, заменив оставшимся сиротам, Луше, и Петру, мать, вместе с тем сделалась и полною хо­ зяйкой в семье, так как мать у нее умерла еще рань­ ше, а Мосей жил уже в своей роще. Сатир долго ку­ тил, потом вдруг решился: пришел он к Ульяне с до­ черью на руках и смиренно просил ее принять к себе, пока на ноги не станет девчурка: «А то ведь при нашем проваленном житье ни за грош загибнет! Неужто про­ 158