b000002179

спокой», если бы дергачевский мир не переселил его к Мосею. Сатир ожил. Повидимому, здесь он достиг если не полного, то уже значительного осуществле­ ния своих надежд. Мосей. его не притеснял. Макридий приходил только за подушными. Но испытания для Сатира не кончились: впереди ожидали его еще гор­ шие. Сатир, однако, был далеко не одним звеном, кото­ рым дергачевский мир нравственно связывал себя с Мосеем. Не прошло и полгода, как дергачевцы, в лице неусыпно деятельного своего представителя, старосты Макридия, опять уже вели дипломатические подходы под благодушного Мосея и его дочь, степенную н а­ четчицу Ульяну, имевшую большое влияние на самого старика Мосея и, в качестве старшей в семье, поль­ зовавшуюся особым уважением от младших ее чле­ нов. — Так вот какие у нас, можно сказать, прокла­ мации выходят, Ульянея Мосевна, — жалобно говорил М акридий ,— то есть не приведи бог!.. Если бы то есть не ж аль мира было, плюнул бы можно сказать, с большим удовольствием!.. Потому при эдакой, можно сказать, полосе сообразиться некогда. Только ты в од­ ном месте починил—глядь, в другом прорвало!.. А там, господи благослови, в третьем! Что говорить! Ровно как бы и еще тяжелее жить людям стало, — замечала Ульянея. А я-то про что говорю? Вот, вот это самое и есть. Теперь вот у нас солдаточка есть одна, Сикле- тея... Знаешь, чать, дедушко Мосей? — Знаю, как своих не знать... — Ну, вот! Д а не родня ли еще она тебе будет’ Гляди, что родня! — Нет, не родня... совсем не родня. О? Ну, не родня, так не родня, все одно Д а вот эта солдатка теперь при семействе осталась, ре­ бятишки мал-мала меньше... Пришла этто на м и р— ревет: хошь бы какую да ни есть поддержку на про­ питание... Думали-думали это мы, хотели ей огородец вырезать... да у кого отрежешь? Какие у нас пале- стины-то там? Можно сказать, блохе негде повер­ нуться! Тоже всякий дорожится, всякому свое до- 1 0 * 147