b000002178

Н. Златовратскнй 564 — Вы давно здесь? —спросил я. — Два года... После того как отрезали мне ногу. —Как же это случилось? — Я служил на станции. Была ночь, большая вьюга, очень сильная вьюга. Подходил поезд... Уже видны были огни... Вдруг господин начальник станции заметил, что первая стрелка стоит неправильно... или показалось так ему... он кричал мне, чтобы я бежал смотреть стрелку... Я бежал. Вьюга била мне в лицо снегом... Я бежал к стрелке,—она стояла верно... Я хотел крепче дер­ жать ее за рычаг... Я протянул руку, но ветер меня сшибал... Я поскользнулся... Поезд проезжал мою но­ гу... Абрамчук говорил неторопливо и хладнокровно; ему, по-видимому, наскучило уже передавать бесчислен­ ное количество раз одно и то же. — Ну и что же? Наградили вас чем-нибудь? — Мне отрезали ногу... Я лежал два месяца в боль- нице... Потом мне сказали: «Тебе, Абрамка, надо ходить в отставку... Вот тебе пятьдесят рублей в пособие — и иди, куда желаешь...» Куда я мог желать идти? У меня уже не было ни отца, ни мать, ни брат, ни сестра... Я был один... Я плакал... Тогда господин главный начальник дистанции сказал: «Пошлем его, господа, на триста пятую версту; там один старик без бабы; пусть он бу­ дет при нем вместо бабы...» И меня послали к старич­ ку... — Только этим-то вас наградили? Абрамчук пожал с улыбкой плечами. — Господин главный начальник говорил: «Ты нико­ го не спас. Стрелка стояла правильно... Когда бы стрелка стояла неправильно и ты бы перевел ее как следует, тогда мы благодарили бы тебя по-другому», — Что же вы на них не жаловались? Ведь вы же все одно остались калекой на всю жизнь, без ноги, не по своей вине. Абрамчук опять пожал плечами, но ничего не сказал. — Вы что же, довольны здесь своим положением? — Я доволен, господин, —сказал он совершенно искренно и вздохнул. Быть может, заметив на моем лице недоумение, он прибавил: