b000002178

когда выбрались на открытое место, пред нами, дейст- вительно, открылась «единственная картина». Под горой расстилалась огромная полоса, прибли­ зительно десятин до 100 в этом месте; ее окаймляла вдали, как серебряная рама, полукругом река; четвер­ тая часть поймы уже была скошена и уложена пра­ вильными рядами «валов» сена. И на этой-то скошен­ ной части теперь расположен был целый лагерь кос- цов. Ряды телег с выпряженными лошадьми тянулись прямой линией через весь луг. Около возов собрались косцы, а бабы, рассыпав- шись гіо всему лугу, ворошили сено. Народу было до 500 душ обоего пола. Меня изумило такое многолюд­ ство, но учитель ничего не мог мне объяснить, кроме того, что этот луг считался знаменитым почти на всю половину губернии: снимаемое с него сено было великолепное. Действительно, редко можно встретить такую богатую траву: когда мы пошли по лугу, так положительно заплетались в густой и высокой траве: кашка и мышьяк (травы, считаемые крестьянами луч- шим кормом) непрерывным ковром расстилались в обе стороны; на всем необозримом пространстве ни куста, ни болота, ни ямы. Великолепный это был луг, но зато луговые только им и дышали! Другой земли у них было мало, да и та плохая: летом —луг, а зима, осень и весна —бесконечные странствования «в от- ход», по всей необъятной России От Финских хладных скал До пламенной Колхиды. Мы шли вдоль ряда телег, около которых, как пчелы, копошились и жужжали люди. Около каждой телеги сидело 5—6 мужиков; раскрасневшаяся хозяйка суетилась у больших корчаг и горшков, покрытых полушубками, чтобы не остыло «хлебово», привезенное из деревни еще с раннего утра. Хозяин носился со штофом водки и угощал сидевших с пирогами в руках. У одних телег уже хлебали горячее; сытный пар рас­ стилался в свежем воздухе. Кое-где уже кончили обед и гости лежали врастяжку на брюхе тут же под теле­ гами. Распряженные лошади ходили вблизи... Не