b000002178

— Ну, благослови господь! —сказал дед и, помес- тившись с правой стороны меня, положил локти на стол и искоса посматривал ко мне в бумагу. Слева от меня присел черноволосый, кудрявый му- жичок, он чрезвычайно сосредоточенно через руку смотрел, как я писал, н от времени до времени подер­ гивая вывихнутым плечом. — Клади избу,—начал дед.—Тут долго толковать нечего! Изба в род идет... Переднюю горницу клади старшому, Титу, а Климу пущай задняя идет... Так ли? — Справедливо вполне! — Ну, теперь ежели молодший совсем в отдел за- хочет, на новую усадьбу,—пущай ему, в зачет избы, сенница пойдет тогда. А до тех мест сенницей сообща владать... А мне что? Мне ничего не надо... Я вот из горницы в горницу и буду переходить. Так ли? Мне, старику, много ли надыть!.. Я знаю, моих заслуг не забудут... К чему тут уговоры? — Зачем?.. Господи помилуй!.. Чать, ведь роди­ тель... Да мы не токма что... Не крестьяне мы, что ли? —заговорили молодые. — Мне еще вот, может, годков пять-шесть повла- дычествовать... Пока еще я в силе... А там —простите, родные, коли ежели старик отдохнуть захочет да печки запросит... Всему свой есть конец предела! Ну, тогда не осудите: старика приголубьте... Много ведь порабо- тано на веку, и отдохнуть когда-либо надо будет,— и дед утер прослезивщиеся глаза. — Справедливо вполне!.. Да мы бы, пожалуй, и теперь... Мы не утруждаем... Коли ежели хочешь... —Нет, зачем? Теперь я сам не хочу... Еще я сам теперь в полном разумении!.. Еще моему концу преде­ ла не положено!.. Еще мы послужим! Небось не хуже молодого дело поведем: у молодого-то оно, точно, ум бойчее, зато у старика прочнее... Молодой, глядишь,— фитю, фитю! за тем, за другим погнался, а старик что бык: он на своем крепко стоит, за свое дело держится, на моду не пустится, на соблазн не пойдет... Старик дедовскому завету крепок. — Верно, верно! —поощряли деда старики. — Ну, значит, теперь —надворное строение... Пи­ ши так: а владеть нам, братьям, надворным строением