b000002178

увлечения деда каким-нибудь рассказом, Вася вдруг конфузил его замечанием: «Утри, дедушка, бороду- то! Вишь, распустил потоки, а еще перед барином си­ дишь!» И дед, молча и послушно, спешил принять к сведению замечание шестилетнего внука. Так они и во- Ьбще мирно жили, уча и наставляя друг друга, пока дело не доходило до такого явного непослушания с од­ ной стороны, как, например, высовывания языка в от- вет на самые солидные моральные истины и до окон­ чательное решения наломать гибких прутьев —с дру­ гой. Впрочем, тем дело и кончалось. Шестнлетний внук, конечно, умел бегать лучше, чем шестидесятилет- ний дед. На другой же день моего пребывания в деревие мы с дедом Абрамом вели за чаем такую беседу: — Ну, что, дедушка Авраам? — Ну-у, Авраам! Какой я Авраам,—улыбаясь, пе- ребивал он меня. —Я не от Авраама иду... То Авраам, а то Абрамий-мученик... Так вот я оттуда —от муче­ ника! Тем не менее было заметно, что ему очень нрави­ лось, когда я его звал дедушкой Авраамом. — Что ж, доволен ты своим положением? — Доволен, —твердо произнес старик, выпрям­ ляясь и сановито поглаживая бороду, —не хочу гре- шить, прямо говорю —доволен. Слава тебе, господи! Потому я, Миколай Миколаич, что требуется от жизни, все исполнил, привел в заключение. Слабому опору оказал, тем, значит, и предел положил. — То есть как это слабому? — Так и есть. В чем всей нашей жизни положение состоит? Дедушка Абрам любил иногда порезонерствовать, вероятно, оттого, что придерживался негласно «ста­ ринки» и часто беседовал с раскольничьими начетчи­ ками. — В чем же? —спросил я. — А в том и есть, чтобы слабому опору оказывать. Пораскинь-ка умом-то, ан оно так и выйдет. Сызнача- ла, когда я, по младенчеству своему, слаб был, родите­ ли мне опору оказывали. Возрос я, родителям своим, по дряхлости ихней, подпору обязан оказать... Так ли?