b000002178

недостаточно; ему хотелось накренить за собой не толь­ ко право на звание «старика» просто, но еще и «благо- мыслённого старика», носителя и хранителя староза- ветных «дедовских» иреданий, исконной морали и обычного культа. Вот почему, отделив младшего сына, выдав замуж дочерей и приведя, таким образом, со­ гласно вековым традиция.м, к вожделенному концу все, что требуется но идеалу обстоятельной) крестьян­ ства, Абрам сказал детям: «Ну, родные, потрудился я для вас довольно; теперь надо мне и для своей души п.отщиться, сколь моей силы хватит. Пора и об душе старику подумать». Решив таким образом, Абрам по- шел к священнику и принял от него благословенно в путь за сбором с доброхотных дателей на украшение местной убогой церкви. Сбирал он, ходя по святой Ру­ си, три года и только месяца за два до того, как я по­ знакомился с ним, вернулся в свою родную деревню. Теперь он уже был вполне «благомысленным стари- ком»; почитаемый причтом, с батюшкой во главе, выбранный миром в помощники церковного старосты и в десятские своей деревни, он мог мирно доживать свой век, являя собою пред молодым поколением де­ ревни тот идеал мирного. и трудового крестьянского жития, который осуществил он в своей жизни. Жить мне у Абрама было хорошо, покойно. В семье его старшего сына, Антона, с которым он жил по уго­ вору в.месте, по отделении младшего была «истинно райская тишина», как выражался он. Действительно, его сын Антон и невестка Степанида были очень мир­ ные люди, молчаливые, добродушные. Преимуществом вставать раньше всех со вторыми петухами, как известно, пользуются в деревнях стари­ ки, чем они обыкновенно и любят кольнуть в глаза своим молодым невесткам. Но этим преимуществом редко удавалось похвастаться Абраму. Антона не при­ ходилось ему будить. Когда еще старик начиная толь­ ко кряхтеть на печи и расправлять свои старые кости, Антон большею частью уже успевал умыться, разбу­ дить жену. А когда показывался первый бледноватый свет, он уже выезжал из деревни, первый размахивая верею в околице, молился на видневшуюся вдали ко­ локольню погоста, надевал шляпу, тихо и ласково