b000002178

пость? Нету той силы... А отчего? Оттого, что раз­ учился человек отрешаться. Умирать человек не умеет. А ежели я умереть умею, ежели отрешиться осилю себя, то кого убоюся? Кто против сердца заставит меня что сотворить? Нету той силы, вот что я тебе скажу... Так-то! А в ком теперь это есть? Ни в ком нету: все ради грешные и слабые плоти живет... Долго говорила на эту тему Павла, говорила глу­ боко убежденным словом. Секлетея крестилась при всяком тексте, который Павла вставляла в свою речь. Вдруг в середине ее речи раздался сзади меня вздох и чей-то шепот. У дверей на скамье сидели старик и старуха и еще две какие-то бабы и благочестиво слу­ шали проповедь Павлы. В таком же роде, вероятно, шли беседы между Павлой и расколоучителями, кото­ рые, как мне сказывали, нередко заходили к «келей- ницам», хотя Павла и Секлетея держались только ста­ рообрядчества и ни к какой секте не принадлежали. Среди этих слушателей, в полутьме, я заметил еще женскую фигуру, сидевшую в углу с скрещенными на груди руками. При слабом свете восковой свечи я не мог рассмотреть издали ее лица и полагал, что это Морозиха. Ну, что, любушка, как она там? —спросила Пав­ ла, обращаясь к этой женщине. Та поднялась. — Теперь ничего... Нужно будет зайти завтра к Ивану Терентьевичу, к лекарю... Здравствуйте! — протянула мне руку Катя и прибавила, понизив го­ лое: —Если бы я не слыхала вашего разговора здесь, я бы подумала, что вы за мной следите. — Али знакомы? —спросила Павла.—Ну, вот и дело... так заиди, любушка, к нему... Пущай завернет. О н - ч е л о в е к д у ш е в н ы й , И в а н - т о Т ер ен тьи ч ! О н а в ед ь тож е м а т ь ; р е б я т иш к и ... Н е л ь з я н е п о м о ч ь ! А о б н а ш е м д е л е с к а ж и е м у , к а с а т к а , ч т о б ы о с т а в и л х л о п о т а т ь . . . М ы у ж р е ш е н ь е уставили ... — Не по дороге ли мне с вами?..—спросил я ее. — Пожалуй, проводите... — Ну, до свидания, бабушки! Еще увидимся?