b000002178

шего желания не только идти вскачь, как мне хоте- лось, но даже прибавить шагу. Впрочем, после не- скольких напрасных попыток я стал очень нежно пра­ вить, так как крестьянки постоянно мне замечали, что их «сивушку» забижать не следует, что она сорок верст без отдыху прошла и т. д. Скоро добрались мы до базарной площади, где ки- пела уже жизнь, несмотря на раннюю пору. Приехав- шие крестьяне выбирали места; заспанное начальство хрипло покрикивало на них, уставляя воза «по ран­ жиру»; поместились и мы около казенных весов. Пав­ ла и Секлетея сейчас же захлопотали: распустили у лошади хомут, бросили ей связку сена, затем вытащи­ ли три мешка с мукой и горохом и поставили у колеса телеги. Не прошло и полчаса, как базар загудел. По­ явились городские покупатели. Все шумело, кричало, волновалось. Кричали и шумели Павла и Секлетея с покупателями, но не теми пискливыми голосами, кото­ рыми пронзительно оглушают наши городские торгов­ ки, а грубыми, мужицкими, резонно-наставительными речами. Они бились из каждой лишней копейки на меру, из каждой полушки, которую приходилось сда­ вать покупателю; из-за этой полушки они бегали по соседним продавцам, по лавочкам, чтобы разменять деньги и не дать покупателю случай утянуть у них це- лую копейку, пользуясь неимением сдаточной полуш­ ки. Иногда то Павла, то Секлетея уходили надолго и ворочались с какой-нибудь покупкой: лоханкой, ог­ лоблей, связкой веревок. Так прошло часа два. Я уже сильно затомился и совсем было задремал под одно­ образный базарный гул, как вдруг позади меия раздал­ ся крик, шум, хохот. Я обернулся и увидел, что уже лошадь наша заложена, мешки и покупки сложены в телегу, а Павла и Секлетея, окруженные огромной толпой, бегут куда-то, крича: «Держите, держите, пра­ вославные!.. Куцавейку стащил проходимец-то!» Лови, лови его, бабы!.. Ха-ха-ха! —покрикивал вслед им базар. Скоро я увидел, как Павла и Секлетея нагнали ка­ кого-то пьяного, с глупым лицом парня, тащившего под мышкой куцавейку. Они ухватили его за руки и повисли на них. Парень стал выбиваться, ругая и гро