b000002178

рая, по его словам, заключалась, кажется, «с одной стороны, в искоренении вредных элементов, с другой стороны —в поощрении глубоких начал»; в чем со- стояли последние, наверное, сказать было нельзя, но можно предположить, что дело касалось Аяксов. Всю эту «высокую ноту» он пускал, очевидно, в виду при- сутствия Дикого барина, потому что не раз повторял фразу: «Мы не с ветру-с... Мы сознательно идем к одной цели... Мы ясно определили для себя тот путь... Мы, как представители, обязаны уловить ту нить... Мы должны прозревать в среде направление общест- венных симпатий...» и т. п. Но батюшка с ним не мог согласиться, и, когда Никаша предложил проект пани- хиды «по убиенным славянам», он заявил, что-де «не будет ли это раненько и, так сказать, предвосхище- нием событий... У нас господйн благочинный очень Строг в политике и руководствуется наиболее офи- циальными указаниями...». Никаша настаивая, но, не- смотря на то что он даже жертвовал на это своих три целковых, батюшка колебался и только тогда решился, когда Никаша крикнул: «Я отвечаю!» — Мы вот-с как это сделаем,—заявил батюшка,— чтобы господину благочинному (батюшка, как «но- вый», звал заочно своего благочинного «господином», а не «отец благочинный»), чтобы господину благо- чинному не подать каких-либо поводов, я-с отслужу после обедни панихиду вообще, о всех христолюбивых воинах, павших на поле брани... Тут уж все войдут — и севастопольцы, и двенадцатый год... Тенденции-то никакой и не будет! Все согласились на это, даже майор примкнул. — А вот мы теперь не выпьем ли за успех? — предложил один из Аяксов. — Вот это прекрасно! —поддержал Никаша.— Я, кстати, и книжку предложу-с, пользуясь слу- чаем... — Какую книжку? — А вот видите... от комитета! — Что ж, это хорошо! —сказал батюшка.—Вы с меня за панихиду-то и зачтите. Я готов пожертвовать! — Нет-с, позвольте... Сначала, как и подобает, ини- циатива должна принадлежать его-ству...