b000002178

— А вы... оптимист? — Кто же прав? —спросила, пытливо окинув их взглядом, сидевшая рядом с горбоносым господином молоденькая дама. — Я думаю, что я ,—отвечал ее сосед. — Так, значит, ты... против?—дрогнувшим голосом проговорила молоденькая дама. — Против... кого? — Против н и х ?—кивнула дама едва заметно к пустым креслам присяжных. — А ты против т о г о и т о й ?—угрюмо промычал пессимист, показав глазами на подсудимого и скамью свидетелей, где сидела женщина и несколько мужчин. — Значит, без исхода? —едва выговорила моло- денькая дама и вдруг вся вспыхнула от сильного волнения. — Пока —да. — Следовательно, эти должны быть жертвой? — Да. Чтобы просветились т е , должны погибнуть э ти ... Скрипнула боковая дверь. Глаза всех обратились на нее. Молоденькая дама лихорадочно откинула вуаль, нагнулась всем корпусом вперед и как будто замерла. В дверь один за другим выходили медленно присяж- ные: три купца, учитель духовного училища, купе- ческий сын, Гарькин, трое шабринских, Недоуздок, Савва Прокопов и Еремей Горшок. Пока они нетороп- ливо устанавливались перед эстрадой судей, в зале было глубокое молчание. Слышалось поскрипывание сапог; из чьей-то груди вырвался подавленный вздох и замер. Купеческий сын Сабиков держал вердикт. Присяжные установились; Сабиков поклонился судь- ям, кашлянул и начал скороговоркой, раскачиваясь всем туловищем за каждою фразой: — Виновен ли подсудимый, кандидатского уни- верситета, в том, что, получив ложные сведения о смерти своей жены, с которою он не имел совместного жительства, воспользовался этим и вступил в другой брак с девицею NN. то есть сделался двоеженцем? Здесь купеческий сын неловко кашлянул и поперх- нулся. Потребовался платой. Пауза была томительная. — Да, виновен!—не сказал, а выкрикнул как-то