b000002178

Едва только прошли пеньковцы два коротких пере- улка, как свежее обоняние их тотчас дало знать, что завод близко. — Вы кожевники ведь будете? — Кожевники. Али уж наша-то амбра в нос шиба- нула? — Приметно. — А мы привыкли. Когда прошли третий переулок, пред ними открыл- ся кожевенный завод —огромное трехэтажное, с ма- ленькими и частыми окнами, здание, кирпичное, по- черневшее. По бокам и сзади стояли деревянные сараи серо-дымчатого цвета, с низкими фундаментами и вы- сокими, готически-двухъярусными крышами. Пред фабрикой и кругом было грязно, неприглядно; несмот- ря на зиму, снег был перепачкай и забросай всякою дрянью; невдалеке был пруд, на котором пробито несколько прорубей. Около главного здания почти нико- го не было, зато у ворот, ведших во двор, была тол- котня. Фабричные то входили, то выходили поодиночке и толпами, медленно и лениво, видимо, без определен- ной цели: войдут, пройдут несколько шагов, потоп- чутся на месте —и опять назад. На дворе то же самое. Двор лежит между деревянными флигелями, длинный и узкий; вдоль его, слева, тянутся кладовые, над ними сначала идут, во всю длину зданий, деревянные гале- реи, с протянутыми вертикально жердями, на кото- рых висят провяливающиеся кожи, а затем высятся высокие крыши, с поместительными и свободно венти- лирующимися чердаками. На дворе вонь становится еще невыносимее, а грязь от кожи и всяких обрезков так велика, что почти незаметно снега. Во флигеле, по правую сторону, те же галереи с кожами, хотя в нем отведены помещения для рабочих. По двору снуют рабочие, видимо, без толку; все они одеты по- праздничному —в синие кафтаны, новые картузы и шапки; у многих видны чистые рубахи, разноцветные шерстяные шарфы на шеях, но, заметно, они сами не знают, для чего вырядились: это было вроде того, как если бы съехались разодетые гости на давно ожидае- мый бал в предвкушении приятного отдыха, веселых впечатлений, и вдруг им объявляют, что получена