b000002173

— Да мы д а ж ѳ настолько к родятелю привор- жѳны,—огшть начинал ІІлатон Абрамкч, — что елсѳли уж Господу угодяо такое произволѳшіс, так ыы п землепашныѳ труды примем в помощь родптѳлю... Окажѳм всякую трудом нашим под- цержку. Б таксл роде долго еще объяснялись сунруги- погорельцы, соревнуя один другому в выражанив братской и сыновней любви, пока, наконец, ие перешлн к разговору о пожаро. По их расска- аам оказызалось, что у них сгорѳло всё „до синя пороха“, что и денег они, которыѳ „правед- ныыи трудами нажили“, не успеда спастд, чтс если что и осталось, так рухлядь, которую онп даке не взяли с собой, а оставили у знакомых, чтобы „не стеснв.ть родитѳля". Тема „разоренья" была настолько богата, что оказалось необходи- ыым подогреть еще раз самовар. Мне надоело, наконец, это нытьо, и я ушзл. Но так неожи- данно налетевшие на нашу мирную жизнь гости долго еще продолжали чайничать „по-благород- ноку". Действительно, на следующео утро Платон Аб- рамыч пожелал „нринять землепашные труды в номощь родителю". — Ну, ну, носмотрим!—говорил дедушкіѵ. Аб- рам, пока Антон, тоже посмеиваясь, снаряжал для Платона Абрамыча борону. Платон Абрамыч прн этом не переставал вн- ражать чувства сыновней и братской любви. — А я, милая Степанидушка, не взирая на ку- печеское свое обхождеЕие, всякие труды с тобон поделю, и коровушек подою, и воды принесу, в печь истоплю. Приказывай! кав хозяйка прака- вываІІ Потому ежели такоѳ от Госнода произво- ленье, что мы в неечастии, то смиренно стряну-