b000002169

довольнЪе, во мнЪ все сильнЪе росло чувство неудовле­ творенности, которое было тЪмъ тяжелѣе, что оно было неопредЪленно и неуловимо. Я уже былъ наканунЪ того критическаго переходнаго отъ отрочества къ юношеству періода жизни, когда молодая натура бываетъ полна не­ ясными, полусознанными, туманными и тЪмъ не менЪе необыкновенно властными порываніями и стремленіями, требующими того или иного исхода. Въ одиночествЪ та­ кой исходъ бываетъ особенно роковымъ. Я былъ поло- жительно окутанъ туманомъ неопредЪленныхъ стремленій и искалъ и не видЪлъ для нихъ исхода. Меня то охва­ тывали религіозно-идеалистическія экзальтаціи: я рЪшалъ «отречься отъ всего», уйти въ келью въ монастырь и здЪсь посвятить себя «подвигу», или взять на себя ка­ кой-то «крестъ» и пуститься странствовать по святымъ мЪстамъ, по далекимъ стогнамъ и весямъ; то вдругъ вспыхивала во мнЪ неудержимая страсть къ «грЪховной» жизни, и я, весь пылая внутренно отъ стыда, припадалъ ухомъ къ перегородкЪ, жадно вслушиваясь въ хихикаю- щій шопотъ кухарки съ ея кумомъ; то, наконецъ, по­ давленный всЪмъ ужасомъ гръховности и низменности своихъ помышленій, я страстно искалъ спасенія въ со- зданіи въ своемъ воображеніи идеально-чистаго, «святого» образа дЪвушки, при которой даже самая тЪнь чего-либо «плотскаго» не могла быть терпима. Я былъ безпомо- щенъ. Дядя, повидимому, и не подозръвалъ ничего по- добнаго: вЪдь онъ далъ мнЪдля утъшенія такія интерес­ ный книги. Помню между прочимъ особенно рекомен- довавшіеся въ то время для дЪтей «ДЪтскіе годы Баг­ рова -внука» Аксакова, «Разсказы изъ русской исторіи» Ишимовой и т. п. Да, книги были дЪйствительно инте­ ресны, но это былъ внЪшній интересъ для меня; онЪ не могли отвЪтить таинственнымъ процессамъ моей души, какъ отвЪчала когда-то ласка матери, ея мистически ре- лигіозныя мечты и разсказы, фантастическая сказка няни, какъ отвЪчали еще недавно хотя и не во ьсемъ понят-