b000002169

стороннія книги были въ чрезвычайно рЪдкомъ обращеніи; несмотря на то, что въ ней существовала довольно боль­ шая такъ называемая «фундаментальная библіотека», послЪдняя была недоступнымъ святилищемъ не только для малышей, но и для старшихъ воспитанниковъ, из- рЪдка обслуживая лишь наставниковъ, которые иногда приносили въ классы объемистые томы въ кожаныхъ пе- реплетахъ, поражавшіе насъ своею архаичностью и больше пугавшіе, чЪмъ привлекавшіе къ чтенію; книгъ же спе- ціально для дЪтскаго и юношескаго возраста въ гимназіи и въ поминЪ не было; на сторонЪ брать ихъ было тоже не у кого, такъ какъ чтеніе въ моемъ родномъ городЪ въ то время обрЪталось въ полнЪйшемъ, повидимому, пре- небреженіи: въ немъ не существовало ни одной,— ни частной, ни общественной—библіотеки для общаго поль- гованія. Конечно, живой интересъ къ чтенію могли бы возбу­ дить во мнЪ отецъ и дяди, довольно усердно интересо- вавшіеся сами литературой, насколько это было возможно въ нашей провинціи. Но въ описываемый мною періодъ и отецъ и оба дяди до такой степени были поглощены заботами, чрезвычайно для нихъ важными, что наше се­ мейное воспитаніе какъ-то совсЪмъ ускользнуло отъ ихъ внмманія; они удовлетворились тЪмъ, что я былъ въ гим- назіи, а для домашнихъ занятій со мной, сестрами и другимъ братомъ изрЪдка нанимали репетиторовъ изъ се- минаристовъ и великовозрасгныхъ гимназистовъ, доста­ точно свЪдущихъ, чтобы преподавать «начатки»—и только, но въ то же время иногда довольно неприглядныхъ въ нравственномъ смыслЪ. НезамЪтно для себя, все болЪе и болЪе теряя всякую духовную связь съ гимназіей, прикованный къ ней лишь формально, я, покорный возрасту, искалъ соответствую­ щей своей природЪ живой жизни и движенія и невольно всецЪло отдался спорту ребячьей улицы, тЪмъ болЪе, что интересы, которые въ это время начали поглощать все