b000002169

въ классахъ своими элегантно-изысканными манерами и видомъ суроваго ментора, у себя дома совсЪмъ преобра­ жался: онъ былъ такой игривый, веселый и забавный хо- лостякъ, разсказчикъ разнообразныхъ фривольныхъ анек- дотовъ, которые передавалъ намъ, для практики, на фран- цузскомъ языкЪ, а мы должны были по очереди переска­ зывать ихъ, какъ умЪли. ЗатЪмъ черезъ часъ этой весе­ лой болтовни раскрывался ломберный столъ, и мы уса­ живались съ милымъ парижаниномъ за карты въ невин­ ную игру «по маленькой», причемъ разговоръ также ста­ рались вести по-французски. НерЪдко однако эта весе­ лая игра вводила въ азартъ старшихъ учениковъ, и они засиживались у почтеннаго педагога, проигрывая уже «по большой» родительскія деньжонки. Несмотря на такую разностороннюю практику во французскомъ языкЪ, ка­ жется, никто изъ насъ такъ-таки у этого француза языку и не выучился, но за то преуспЪвали, и очень успЪшно, въ познаыіи кое-чето другого. У нЪмца тоже устраивались какіе-то вечера «для практики» тЪхъ воспитанниковъ, ко­ торые брали у него приватные уроки, но у него,- какъ человЪка семейнаго, вечера эти носили болЪе невинный характеръ: на нихъ пили чай, играли, танцовали, и они не отличались такой циничной откровенностью, какъ у парижанина; однако и эти вечера не обошлись безъ очень печальнаго любовнаго инцидента. Таковы были нЪкоторыя формы и результаты «внЪ- школьныхъ занятій» съ нами педагоговъ. Но эти внЪ- школьныя занятія были случайностью, такъ какъ въ про- граммахъ мудрой «системы» таковыя были совсЪмъ не- предусмотрЪны, или же, вЪрнЪе, предполагалось, что разъ система требовала, чтобы ученики обязательно вызубрили дома то, что имъ назначено было по программЪ педаго­ гами въ классЪ, по классической формулЪ «отъ сихъ до сихъ», то это и должно было быть совершенно. Какъ это совершалось, «системЪ» не было до этого никакого дЪла. ВсЪ до такой степени были увЪрены въ непогрЪ-