b000002167

ГЛАВА V . ВѢРА СЕРДЦА. 37 — Какъ вы сказали? — „Вѣра сердца“ ... Это не совсѣмъ точно, но еще нѣтъ названія, такъ какъ все зто пока очень неопредѣленно,... Баш- кировъ самъ по себѣ —фактъ, воплощеніе этой вѣры... Я замялся и думалъ, что ей отвѣтить. Въ это время за дверями послышался го- лосъ майора. — ЬІаполеоны! Волтёры!—кричалъ онъ. — Да, этотъ грѣхъ за нами изъ вѣ- ковъ ,—отвѣтилъ кто-то, сильно напирая на о. Катя быстро встала, вспыхнувъ отъ чего-то: можетъ быть, она узнала голосъ гостя. — Говорите же что-нибудь... Вы по- нимаете, напримѣръ, что такое Кузьми- нишна?—почти шопотомъ и нетерпѣливо спросила она меня. — Понимаю. — Ну, вы.должны чувствовать и это... эту „вѣру сердца“ ! - - сказала она и вы- шла въ сосѣднюю комнату. — Каточикъ! Катя!.. Поймалъ, нако- нецъ, братъ!.. Поймалъ! Х а - х а - х а !— кричалъ майоръ, проталкивая сзади въ дверь какую-то странную фигуру. — Ничаво, я теперь не убѣгу, — про- тяжно проговорилъ оригинально - прини- маемый гость. Признаюсь, не скажи онъ ничего, я не скоро узналъ. бы въ этой странной фи- гурѣ Башкирова. Весь въ пыли и поту, въ старой синей поддевкѣ, подпоясанной веревочкой, въ брюкахъ, засунутыхъ въ дегтярные сапоги, съ широко-улыбающей- ся потною физіономіей и довольнЫми гла- зами, прикрытыми большими сииими очка- ми, онъ былъ оригиналенъ и неузна- ваемъ. — Ха-ха-ха, братъ! ГІоймалъ! Стару- ха! Припирай двери! Засовомъ! Крѣпче! — суетился, видимо, чрезвычайно чѣмъ -то довольный майоръ. — Ничаво, я теперь не уйду. Я и самъ изусталъ,—говорилъ Башкировъ, садясь несмѣло на стулъ около двери и выти- раясь большимъ клѣтчатымъ платкомъ. — Катя! Гдѣ же она?—озирался май- оръ ,—Ты посмотри-ка: затаіцилъ, братъ, затащилъ! — Наконецъ-то!—сказала Катя, ско- рою походкой выходя изъ сосѣдней ком- наты прямо къ Башкирову, и пожала ему крѣпко руку. —- Потная. Издалека иду,виноватъ!— протянулъ конфузливо Башкировъ, выти- рая руку платкомъ уже послѣ того, какъ Катя ее пожала. Катя ничего не отвѣтила и снова сѣла на прежнее мѣсто, съ серьезнымъ любо- пытствомъ устремивъ взглядъ на Башки- рова и нѣсколько даже подавшись впе- редъ корпусомъ, какъ бы ожидая разъ- ясненія и этого визита, и странности ко- стюма, въ серьезной цѣли которыхъ она, повидимому, не сомнѣвалась. — Ііѣтъ , ты спроси, Каточикъ: гдѣ онъ былъ? Какую онъ штуку сдѣлалъ... нѣтъ, не „сдѣлалъ“ , а какъ?.. Оборудо- валъ? Да? — обратился майоръ къ Баш- кирову. — Оборудовалъ. — Да, да! никто, вѣдь, не сумѣлъ, ни- кто не смогъ... А нашъ геніалъ-то, Мо- розовъ-то... Каковъ!.. Ха-ха-ха!.. Отка- залъ !..Вотъ они, Наполеоны! Волтеры!.. — Какое же это дѣло? — спросила Катя. •— Да я тебѣ, кажется, говорилъ, я тебѣ, кажется, разсказывалъ? Нѣтъ?— заторопился майоръ, говорившій всегда скороговоркой, когда хотѣлъ сообщить что-нибудь чрезвычайное, какъ будто бо- ясь, чтобъ его не предупредили. — По- мнишь, добросельцы съ красносельцами хотѣли сообща луга и пашни снять у Ди- кбго? У нихъ, вѣдь, совеѣмъ луговъ нѣтъ, на пашнѣ скотъ пасутъ, а то по боло- тамъ, а рядомъ, у Дикого, поемщина въ полтораста десятинъ лежитъ дарма: ни себѣ, ни людямъ. Кулаки къ нему сколь- ко разъ было навѣдывались, цѣны нагнали страшныя—всѣхъ выгналъ; мужички по- томъ сами ходили, авось-де счастіе не выпадетъ ли имъ, и ихъ выгналъ! Вотъ, изволите видѣть, молодой человѣкъ (это майоръ ко мнѣ обратился), мужички про- сто смотрѣть безъ слезъ не могутъ на эти луга. У нихъ, скотина—кожа да ко- сти, а подъ глазами—пойма... Да-съ, такъ вотъ какая, можно сказать, поразительная картина была! Думали-думали мужики и надумали кого-нибудь со стороны послать къ Дикому: сейчасъ, конечно, ко мнѣ. Ну, я ихъ спровадилъ къ Морозову,—все же скорѣе можетъ успѣть: нѣкоторымъ об- разомъ чуть не родные они съ Дикимъ. А нашъ ген іалъ -то , каковъ!.. Какъ вы думаете: что онъ сдѣлалъ? А? Отка- залъ!.. Да, отказалъ!.. „Я, говоритъ, тутъ никакого успѣха не предвижу, братцы, потому что мы съ Дикимъ слишкомъ въ убѣжденіяхъ расходимся. Ступайте къ майору! онъ самъ—помѣщикъ!" Каковъ!..