b000002167

18 ЗОЛОТЫЯ СЕРДЦА. физическая натура, или сила его харак- тера, но только—ровнодушіе къ врагамъ и какое-то безусловное всепрощеніе по- стоянно царили въ его душѣ. Очень могло быть, что его забили бы совсѣмъ, если бы его не вывозила громадная, удивитель- ная память, помогавшая ему избѣгать по- ловниу тѣхъ порокъ, которыя переноси- ли его товарищи. Сидя напостели п вы- дѣлывая какое-нибудь украшеніе для сво- его единственнаго друга и любимца, дьяконскаго козла, онъ протяжнымъ и лѣиивымъ голосомъ „покорнѣйше про- силъ“ зубрившаго урокъ товарища про- читать еыу вслухъ повнятнѣе. Товарищъ читалъ, а Ванюшка говорилъ: „будетъ“ н отправлялся къ козлу. А на слѣдую- щій день отвѣчалъ урокъ буква въ букву. Учителя дивилисъ; имъ даже было досад- но, что нельзя было выпороть Ванюшку за незнаніе урока. Но зато находили случай пороть его по другому поводу. Онъ былъ сдѣланъ авдиторомъ,—и вотъ въ этой-то должности не могъ устоять отъ искушенія ставить своимъ „слушан- никамъ“ самые похвальные баллы. При- ходилъ учитель, вызывалъ ученика—тотъ ни въ зубъ толкнуть. —„Авдиторъ — сю- да!“—Ванюшка вылѣзаетъ изъ-за парты. „Пороть!"—Ванюшку порютъ, а на слѣ- дующій день опять Ванюшка поощряетъ своихъ слушанниковъ отличными отмѣт- ками. Кончилъ Ванюшка, наконецъ, курсъ удивительный школы, постаравшейся сте- реть съ его типической физіономіи почти все, что оставилъ ему въ наслѣдство „ди- кій сынъ степей“ . Въ это время былъ вызовъ въ университетъ. Нѣсколько его однокашниковъ собирались въ Москву и, подсмѣиваясь, приглашали его прогулять- ся вмѣстѣ съ ними. Опи подсмѣивались, ибо чистосердечно не могли ожидать отъ него такой „прыти“ и настолько нрав- ственной энергіи. Въ особенности, оии не могли представить его занимающимся „новыми языками“ . Дѣйствительно, по- слѣдиихъ боялся и самъ Вашошка. Но какъ - то разъ полюбопытствовалъ онъ посмотрѣть книжку Марго. Прочиталъ первую страницу лексикона—и выучилъ, прочиталъ вторую, провѣрилъ себя, пе- регнувъ пополамъ страничку,— знаетъ. Онъ рѣшился, и чрезъ двѣ недѣли весь лексиконъ при этой книжкѣ зналъ на- изусть. Въ Москву онъ отправился въ ка- чествѣ не то товарища, не то лакея при одномъ изъ своихъ однокурсниковъ, сынѣ благочиннаго, который постоянио читалъ ему наставительнымъ тономъ какія-то раз- суждеиія о примиреніи науки съ религіей. Ванюшка за это чистилъ ему сапоги, бѣ- галъ за виномъ, въ лавочку. Такъ при- былъ онъ въ Москву и поступилъ въ сту- денты. Чѣмъ онъ жилъ, было совершенно неизвѣстно. Таскался по плотничнымъ и маляриымъ артелямъ, писалъ мужикамъ прошенія, ночевалъ у нихъ и никогда никто не слыхалъ отъ него ни одной жа- лобы, несмотря на то, что онъ очень часто ѣлъ только кусокъ чернаго хлѣба съ квасомъ. Ни у кого онъ. и не просилъ ничего. Запуганный, робкій, неловкій, при- выкшій преувеличивать свою физическую уродливость, съ которою, какъ ему дума- лось, нельзя было появиться въ люди, чтобы не произвести смѣха, онъ рѣдко посѣщалъ лекціи (за исключеніемъ анато- мическаго театра), еще рѣже бывалъ у товарищей. Но къ экзамену всегда являлся и сдавалъ его хорошо. Громадная память и здѣсь выручала его. Но эта же память пріучила его отчасти къ умственной лѣ- ни: слишкомъ уже легко ему давалось все. Каждая книга, которую онъ прочитывалъ, цѣликомъ укладывалась въ его головѣ? Читалъ онъ не мало, и такъ ка.къ про- читанное не улетучивалось у него, то „двухъэтажная башка“ его представляла собою какой-то чудовищный архивъ, въ которомъ онъ, впрочемъ, не оказывалъ никакого желанія разбираться. Облада- ющіе огромною памятыо обыкновенно бы- ваютъ слабы въ анализѣ и обобіценіяхъ: ихъ какъ будто гнететъ избытокъ знанія. ДаВанюшка и любилъ больше жизнь, чѣмъ отвлеченіе. Съ четвертаго курса онъ уже имѣлъ случай прямо прилагать свое зна- ніе. Постояныо толкаясь и живя въ под- валахъ, онъ неустанно лѣчилъ массу лю- да: швеекъ, прачекъ, плотниковъ, столя- ровъ, фабричныхъ; ставилъ пмъ горчич- ники, прописывалъ слабительныя, крѣпи- тельныя, вырѣзалъ чирьи, опухоли, вправ- лялъ вывихи. Въ это же время случилась съ нимъ одна изъ тѣхъ неизбѣжныхъ исто- рій, которымъ платитъ дань каждый изъ юношей. Зашелъ онъ к а к ъ -т о разъ къ одному изъ пріятелей и тотъ тіредставилъ его своей сестрѣ. Ванюшка въ нее влю- бился. Это замѣтили. Но Вашошка лю- билъ по-своему: онъ никому объ этомъ не заикался, даже боялся заикнуться са- мому себѣ. Мысль о взаимности онъ гналъ изъ своей головы, какъ что-то химери- ческое. Чѣмъ выше, чѣмъ красивѣе, чѣмъ милѣе представлялъ онъ себѣ предметъ