b000002167

2 2 8 С К И Т А Л Е Ц Ъ . талъ онъ, подступая то къ старшимъ сы- новьямъ, то къКапитошѣ.—Каждыйдень, каждый часъ ... Что вы изъ моего дома дѣлаете? Мало вамъ отцовскихъ денегъ, мало все на безобразія - то ваши? Чего вамъ еще недостаетъ? Чего?—говорилъ онъ, раздраженно срывая съ грудей сы- новей цѣпочки и теребя ихъ за борты пиджаковъ.-—А ты что, полоумный?—на- кинулся онъ на Капитона. — Посмотри, вѣдь, тебя въ гробъ класть! Что ты хо- чешь? Расточить, все расточить? Кто тебѣ такое право далъ на отцовскія деньги?Чѣмъ ты зто правовзялъ ,— имъ дворцы-то стро- ить на отцовскія деньги? — Вѣдь, мы, папаша, объ томъ же... Вѣдь, это одно безобразіе, — заговорили разомъ старшіе сыновья.—Или вестидѣ- ло какъ слѣдуетъ, или расточать... Помилуйте! Гдѣ это видано, въ какихъ фирмахъ, чтобы всѣ хозяева въ розницу думали, въ разныхъ направленіяхъ?.. Этого позволить нельзя... Мы тоже до- пустить не можемъ. Наши интересы стра- даютъ... — Все мое, все!—не выдержавъ, за- рычалъ какъ-то Артамонъ Кабановъ, и его лицо налилось кровью. — Все мое! Слышите?ЬІѢтъ тутъ вашего ни капли... Все мое! Плохъ я, дуракъ—самъ отвѣчу; грабитель я, воръ—и за это самъ отвѣ- чу!.. Все мое!.. Нѣтъ вашихъ здѣсь ни- какихъ правовъ: ни вамъ съ мамзелями гулять, ни тебѣ расточать!.. Вонъпошли, вонъ! Чтобы глаза мои васъ, ненавистни- ковъ, не видали! И, обезсиленный, дрожащій, Артамонъ Кабановъ упалъ въ кресло. ѴШ. Русановъ, пораженный и смущенный, какъ будто очнулся и, повернувшись на- задъ, быстро сбѣжалъ сълѣстницы и за- шагалъ куда-то машинально, не отдавая себѣ отчета. Когда онъ нѣсколько при- шелъ въ себя, онъ почувствовалъ что-то похожее на радость, на самодовольство. Но ему тотчасъ же стало стыдно и гадко отъ этого чувства. „А если и тутъ мо- гилы?“—мелькнуло у него въголовѣ. Онъ обогнулъ задами фабрику и пошелъ къ Старому Приклону. Онъ подходилъ къ нему съзадовъ, и те- перь Старый Приклонъ еще болыпе, чѣмъ прежде, произвелъ на него грустно-утѣ- шающее впечатлѣніе. Каждая самая мел- кая деталь вызывала въ немъ воспомина- ніе о чемъ-то очень близкомъ, родномъ. Бани по берегу пруда, карявыя и раски- дистыя ветлы, полуразрушенные овины и сѣнницы — все это, казалось, мягко, радушно, гостепріимно встрѣчало его и манило къ себѣ. Вонъ дѣвушки и ребя- тишки группами сбирают.ся не вдалекѣ и, останавливаясь, внимательно осматрива- ютъ его, показываютъ пальцами. „Это— старый баринъ нашъ,—какъ будто, слы- шится Русанову, шепчутъ они. — Вотъ самый тотъ, про котораго Аграфена Пе- тровна говорила... Это онъ самый!“— „Ахъ, болѣзный! Какъ-то теперь ему жи- вется?" — опять, кажется ему, думаютъ старухи, провожая его глазами. А вонъ два парня фабричныхъ стоятъ въ сторо- нѣ и еще болѣе внимательньши взгляда- ми смотрятъ за нимъ. Вотъ они, не по- добострастно, какъ прежде, и не съ фа- бричною вызывающею ухарскою повад- кой, а съ истиннымъ уваженіемъ низко раскланялись съ нимъ, и поихъ глазамъ видно, что имъ очень хотѣлось бы по- бесѣдовать съ нимъ, сойтись поближе. Ужъ не тѣ ли это два товарища-подвиж- ника, въ веригахъ, о которыхъ говорилъ Капитоша? Русановъ шелъ все тише и медленнѣе, весело и любовно улыбаясь всему, что онъ встрѣчалъ. Онъ чувствовалъ, какъ душевная гармонія снова воцарилась въ немъ, и даже недавняя видѣнная имъ тя - желая сцена въ домѣ Кабанова нисколь- ко не смущала этой гармоніи. Что-то теплое, ласкающее мало-по-ма- лу охватило всю его душу. Съ тихимъ чувствомъ умиленія и какой - то дѣтской благодарности вспоминалъ Русановъ о Грунѣ, о Капитошѣ, объ этихъ рабочихъ, о другихъ „такихъ хорошихъ людяхъ“ , которые здѣсь его давно знаютъ, по сло- вамъ Аграфены Петровны, и которые- такъ ему будутъ рады; вспоминалъ и еще многихъ, которые только здѣсь, мо- жетъ быть, помнятъ его... 0 , этого уже никто не отниметъ отъ него, даже самая. смерть! И то, что .въ жизни взято разъ, Нѳ въ силахъ рокъ отнять у насъ! Вспомнилъ даже объ этой старой при- клонской общинѣ, которая все еще стоитъ и существуетъ попрежнему, туго посту- паясь своими миролюбивыми „устоями".. И вотъ какъ-то украдкой, робко, у него мелькала мысль, при которой онъ стыд- ливо вспыхивалъ: „Не здѣсь ли конецъ и