b000002167

СЕМЬЯ КРЕМЛЕВЫХЪ. 201 чую часъ, когда разразится надъ вами лослѣдній ударъ и вы смолкнете совсѣмъ. Вѣдь, вы — ясивое противорѣчіе вашихъ словъ; ваша судьба опровергаетъ васъ: безсильному нѣтъ въ жизни мѣста...“ —- Вы сегодня особенно взволнованы. Что съ вами?— спросилъ его тихо Руса- ыовъ, отводя подъ руку въ сторону. — Я не знаю... Но я ... Анна уми- р ае тъ ,—отвѣчалъ норывисто Конрадъ.— Это я въ честь ея разучилъ пѣсню,— ирибавилъ онъ, грустно улыбнувшись. — Что съ ней? — Вѣроятно, простудилась, — пробор- моталъ онъ невнятно и быстро подошелъ жъ Агашѣ, особенно крѣпко и вызываю- ще пожалъ ей руку .и вышелъ. И Руса- иовъ, и Клеопатра не могли не замѣтить, какъ поблѣднѣла Агаша и съ какимъ молчаливымъ испугомъ смотрѣла она вслѣдъ Конраду. Никаша, коренастый юноша, съ широ- кимъ, бѣлесоватымъ и некрасивымъ пле- бейскимъ лидомъ, съ нѣсколько вызыва- іощимъ взлядомъ человѣка, который по- лонъ сознаніемъ каждаго завоеваннаго шага въ жизни, хотя бы онъ не шелъ еще дальше однобортнаго школьнаго виц- мундира съ мѣдными пуговицами, уже давно подергивалъ нервно плечомъ во все время, пока Конрадъ объяснялся съ Ру- сановымъ. — Не нравится мнѣ этотъ баринъ, •— выговорилъ, наконецъ, онъ съ плохо -сврытой непріязнью, когда Конрадъ ушелъ.—Жеманство одно... — Отчего вы, Никаша, всегда напа- даете на Конрада? Онъ славный юноша, — замѣтилъ Русановъ. — Можетъ быть,—проворчалъ Никаша съ утрированнымъ пренебреженіемъ. — Только мнѣ кажется, это актеры, а не простые люди... Для нихъ личный успѣхъ или неуспѣхъ, личныя ощущенія—все... Они въѣлись въ нихъ... — Иѣтъ, Никаша... Вы несправедливы... Нѣтъ! Я этого не ожидалъ отъ васъ ,— съ неудовольствіемъ сказалъ Русановъ. Это явное неудовольствіе кольнуло Ни- кашу. — Ііе знаю, можетъ быть... Вы послу- шали бы, что онъ про васъ говоритъ,— овазалъ Никаша раздраженно и покрас- нѣлъ отъ внутренняго сознанія гадливо- сти произнесенной имъ фразы, но онъ не въ силахъ былъ удержаться.—Это эгоисты и болыпе ничего! — заключилъ онъ съ упорствомъ раздраженной ревности. Русановъ былъ очень недоволенъ, и нервная судорога постоянно дергала его щеку и придавала непріятное выраженіе его обыкновенно мягкому и симпатичному лицу. Эта судорога еще болыпе раз- дражила его. Онъ окончательно замол- чалъ. Вообще, вечеръ былъ испорченъ и скоро всѣ разошлись. Агаша становилась все страннѣе; ей, очевидно, было не по себѣ, и она постоянно пугливо взглядывала на Клеопатру, когда та смотрѣла на нее. Одинъ разъ она уже надѣла было ша- почку, собираясь итти, но потомъ опять сняла и осталась. — Агаша, что съ вами? — спросила Клеопатра. — Ничего, Клеопатра Павловна, — быстро отвѣтила Агаша, опять пугливо взглянувъ на нее. — Какъ ничего? Вы сами не въ се- бѣ... Скажите мнѣ, голубушка, если можете... — Право, я не знаю... Я сама не по- нимаю... — Чего вы не понимаете? — Право... Я не знаю... Мнѣ такъ страшно какъ-то... — говорила Агаша и во всѣ глаза съ такимъ наивнымъ выра- женіемъ недоумѣнія смотрѣла на Клео- патру, что послѣдняя ни на секунду не сомѣвалась въ ея искренности, но не со- мнѣвалась также и въ томъ, что она ей не въ состояніи ничего объяснить. — Съ вами говорилъ Конрадъ?— спро- сила она. — Да, говорилъ... Онъ много говорилъ мнѣ. — Не сказалъ онъ вамъ чего - нибудь особеннаго? — ЬІѢтъ, онъ такъ много говорилъ... Только я не могу всего передать... Гово- рилъ о своихъ братьяхъ и о сестрахъ... 0 своей жизни... Только я не понимаю .. Такъ, мнѣ страшно какъ-то... — Агаша, вы любите его?—тихо спро- сила Клеопатра, взявъ ее за руку. — Нѣтъ ... Да... Право, я ничего не понимаю,—въ- испугѣ вскочила Агаша. — Ну, простите меня, дитя мое, что я васъ словно допрашиваю, — сказала Клеопатра, цѣлуя ее... — Но вы сами такъ безпокоитесь. Ложитесь, милая, и усните. " . Агаша, дѣйствительно, скоро раздѣлась и легла, съ тѣмъ же ребяческимъ испу- гомъ, совеѣмъ закутавшись въ одѣяло, какъ будто она думала, что уже тутъ