b000002167

ПРГВЗДЪ ВЪ ДЕРЕВНЮ. 151 — А потомъ, батюшка? — А потомъ-съ, ежели у васъ нѣтъ расположенія самимъ сельскимъ хозяй- ствомъ заняться, вы мужичкамъ же все въ аренду и сдадите... И они будутъ до- вольны, да и вашимъ доходамъ прира- щеніе... А цѣны у насъ здѣсь стоятъ на земли крѣпкія, приманчивыя. Батюшка мелькомъ, но и пытливо взгля- нулъ въ лицо барина, и такъ какъ по- слѣдній молчалъ, то батюшка удвоилъ энергію. — Тогда бы-съ все и просвѣтлѣло,— продолжалъ онъ, радостно улыбаясь:—и смущеній не было бы, и лишнихъ опасе- ній и мечтаній... И зажили бы вы, вотъ какъ господа сосѣдніе землевладѣльцы. Такъ ужъ, значитъ, васъ и понимали бы—въ прямомъ смыслѣ... •— Но, вѣдь, это... — возразилъ было Русановъ, но тотчасъ же остановился, повидимому, считая лишнимъ входить въ какія-либо объясненія, и ирибавилъ про- сто:—Нѣтъ батюшка, я этого не могу. Онъ всталъ и тихо прощелся по комна- тѣ, опустивъ голову, — ЬІу, какъ угодно... Какъ вы нахо- дите лучше, такъ и поступайте Вамъ лучше знать,—сказалъ священникъ.—Я, конечно, только изъ сочувствія къ вамъ,.. Вы не подумайте... Вижу я , какъ будто въ вашемъ сердцѣ какое затменіе... Вотъ поэтому единственно... Вѣдь, я понимаю- съ ... Конечно, вы желаете людямъ добро сдѣлать, а замѣсто того... Конечно, ко- нечно, всякому пріятно за свое сочувствіе получить должное... Но что же дѣлать, милостивый государь, народъ у насъ... черствый народъ-съ, черствый!... Батюшка склонилъ сокрушенную голо- ву и опустилъ глаза въ полъ. — А добродѣтель... только тамъ она вознаграждаетсяпо заслугамъ, тамъ- съ!.. Отецъ милосердый одинъ можетъ оцѣ- нить!... И батюшка поднялся. — Ничего-съ, не грустите очень,— утѣшалъ онъ молодого барина.—Поѣде- те въ столицу опять, развѣтритесь. Все и пройдетъ... А вотъ мы-съ... такъ и уйтить, убѣжать-то отсюда некуда-съ!... Пока проіцайте... Ежели что понадобит- ся, милости прошу ко мнѣ во всякое вре- мя, — готовъ служить... Все же ужъ я человѣкъ старый, кое-что знаю... А ста- ричка-то отклоните все же отъ себя, по- тому народъ думаетъ о немъ одно, а вотъ урядникъ съ землевладѣльцами иное объ этомъ понимаютъ... Все, знаете, пре- вратныя толкованія выходятъ... Счастли- во оставаться! Не отчаивайтесь только, смиритесь... Что дѣлать! И батюшка ушелъ. -— Старикъ!—вдругъ крикнулъ Руса- новъ взволнованнымъ и какимъ-то даже торжественнымъ голосомъ. Нилъ испугался и несмѣло вошелъ въ кабинетъ. — Старикъ, за что ты былъ въ Си- бири? — спросилъ баринъ и весь впился сверкающими, проницательными глазами въ испуганное лицо нищаго. — Ну-у! — пробормоталъ старикъ не- довольно, — попъ наболталъ ужъ ... Успѣлъ... — За что, старикъ?... Какъ это могло случиться съ тобой, именно съ тобой?— спрашивалъ нетерпѣливо Русановъ. — Бунтовались мы... Бунтъ былъ то- гда противу помѣщика... Народъ бунто- валъ за правду, — проговорилъ Нилъ и затѣмъ, помолчавъ, спросилъ, вниматель- но глядя въ лицо барина: — Али про- гнать меня хочешь? ІІрогонишь теперь меня, баринъ, а? То-то вотъ... Всѣ вы, должно, одии господа-то (Нйлъ покачалъ головой)... Что жъ, гони... — Тебя?... Такъ съ кѣмъ же я-то оста- нусь?—какъ-то неожнданно почти выкрик- нулъ баринъ. Нилъ молчалъ. Баринъ все смотрѣлъ въ его лицо, казалось, силясь проник- нуть въ „святая святыхъ“ этой сермяж- ной души... Но вотъ у него но губамъ пробѣжала горькая, ироническая улыбка и, будто обезсиленный ею, онъ опустил- ся на стулъ, закрывъ руками лицо. Нилъ потоптался нѣсколько минутъ молча предъ нимъ и затѣмъ, покачавъ головой, тихо вышелъ. Время приближалось къ обѣду, а Сер- гѣй Андреевичъ Русановъ все еще не вы- ходилъ изъ кабинета. Раза два толка- лись къ нему и Нилъ, и кухарка, но дверь была заперта и онъ не отзывался. Отъ времени до времени слышались толь- ко въ мрачной тишинѣ барскаго дома глухіе удары его каблуковъ. ІІо затѣмъ опять смолкали и они. Русановъ, истомлен- ный,усталый и истерзанный тучей противо- рѣчій, носившихсявъ его головѣ, бросился въ кресло предъ столомъ. Усталая мысль. жаждала хотя какого-нибудь отвлеченія— и вотъ рука его безсознательно схваты- вала со стола шестиствольный револь-