b000002167

ПРГЕЗДЪ ВЪ ДЕРЕВНІО. 14 ? — Ну, что, старички, рады небойсь?— обращались они къ старикамъ-отцамъ.— А?.. ІІе все въ сермягѣ потѣть, пришла пора п вашимъ дѣтямъ суконце носить... Такъ-то!.. Всему свои сроки, свой пре- дѣлъ. — А помнишь, Артамонъ Матвѣичъ, чай не забылъ, какъ вмѣстѣ въ извозъ- то хаживали? Чуть не полъ-Россіи обто- пали, а?.. — Всего было... — Вѣрно, что всего было... Потому вотъ и награда. — Свое на свое возьметъ... Это ужъ вѣрно! —говорилъ Артамонъ Матвѣичъ. — Вѣрно!.. Это твои?—показывали му- жики на фотографическія карточки, толь- ко что привезенныя и гвоздиками приби- тыя къ стѣнѣ. — Все мои. — Твои?.. Господа, одно слово, бар- скія дѣти!.. Гдѣ же они обучаются у тебя?.. — Въ техническомъ отдѣлѣ. —• Такъ... Ну, давай Богъ, давай Богъ болыне!.. Теперь намъ, мужикамъ, такіе люди нужньг,—не все за барскимъ умомъ жить... За барскимъ-то умомъ жить до- рогонько, дѣтушки! Такъ ли, а?.. — Ваше дѣло, Ваше дѣло теперь!—от- говаривались старики.—Наше дѣло про- житое, дурно ли, хорошо ли... Живите, какъ сами знаете. — Да ужъ это вѣрно, теперь самъ за собой оборачивайся. И опять слышалось: — Откушайте... Пожалуйте... Благо- дарствуемъ... Проходите... ЬІаконецъ, потянулся причтъ съ кре- стомъ: батюшка въ своей неизмѣнной старой зеленой ряскѣ, дьяконъ прямо въ подрясникѣ, дьячокъ и вмѣстѣ съ ними даже два его сына, франтовитые велико- возрастные парни — студенты семинаріи. Всѣ присутствовавшіе'встали. —- Батюшка!.. Отецъ преподобный! — закричали было нѣкоторые мужики, но ихъ остановили. — Повремените, повремените!.. Но едва отслужили молебенъ, едва ус- пѣли приложиться къ кресту, какъ тѣ. же, нѣсколько подвыпившіе, мужики за- кричали, окруживъ батюшку: — Отецъ преподобный!.. Батюшка! Смотри-ка, а? Что, каковъ мужичокъ-то а? — Слава Богу!.. Дай Богъ, дай Богъ!.. Пріятно!— отговаривался батюшка, нѣ- сколько разъ пожимая руку Артамону. — То-то вотъ и есть... Это вотъ кто^ гляди-ка!—тащили мужики подъ руки ба- тюшку къ фотографическимъ карточ- камъ. — Чьи эти дѣти-то? Барскія, а? Смотри-ка, сюртучки-то, а?.. Чьи дѣти,. преподобный говори!.. — Теряюсь,—пожималъ батюшка пле- чами и искусственно изумлялся.—Ваши?— обращался онъ съ улыбкой къ Артамону- — Му-жиц-кіе, отецъ, мужицкіе!... Ты и знай... Да!.. Мы вотъ съ отцомъ-то ихннмъ, съ Артамономъ-то, вмѣстѣ въ извозѣ полъ-Рассеи обтопали, а они... Вишь, они!.. Такъ-то, другъ, понимай! — Конечно, ужъ времена,—темно от- говаривался батюшка: —Теперь и мужич- камъ дай Богъ. — Умеръ, вишь ты, старый баринъ въ ночь?—спрашивали мужики. — Скончался. — Царство ему небесное! Добрый былъ- старикъ, что говорить... Давно ужъ по- ра было умирать,—и то ужъ какъ будта за умъ зажилъ... Поди, годовъ 80 было~ — Былъ ли у молодого-то барина? — Заглядывалъ. — Ну? — Пустовато вокругъ, какъ будто> эдакъ... нехозяйственно, сиротливо... — А-а! — Слышалъ отъ старичка Нила, буд- то, вишь, онъ ему говорилъ, что здѣсь,, въ родномъ гнѣздѣ, хочетъ поселиться. — Че-ево?—переспросили внимателыю* мужики. — Здѣсь, молъ, хочетъ остаться мо- лодой-то. Всѣ молчали. ІІотомъ одинъ мужикъ сказалъ, какъ бы мимоходомъ: „У насъ документы... “ А надъ столомъ опять раздалось: — Пожалуйте... Сдѣлайте милость.... Присядьте... Откушайте... — Пріятно, весьма пріятно,—говорилъ батюшка, усаживаясь около стариковъ- отцовъ.—Пора принятьутѣшеніе въ пре- к л о іін ы х ъ лѣтахъ ... Господь добродѣтель всегда наградитъ... Добродѣтель' Матвѣй. Васильичъ, всегда будетъ награждена — и въ сей жизни, и въ будуіцей... Пре- терпѣли, ну, и что жъ?.. Господь взы- щетъ... Всему времена и сроки... — Сроки, батюшка, точно... Кушайте- ко-сь красненькаго-то! Стали закусывать. Послѣ закуски по- дали обѣдъ. И вверху, и внизу повисъ въ воздухѣ сытый паръ отъ жирныхъ щей. Сначала обѣдали „парадно", с ъ