b000002167

ПРГВЗДЪ ВЪ ДЕРЕВНІО. 139 дось бы сердечной, душевной теплоты,— знаете, теплаго, безхитростнаго отноше- нія, свободнаго, душевнаго... Просто хо- чется мнѣ вздохнуть,—торопливо старал- ся высказать свою мысль Сергѣй Андре- евичъ. Батюшка все чаще и чаще вскидывалъ на него густыми бровями. — Мнѣ нужно было уѣхать оттуда ,— силъ не стало болыне! Я думалъ, куда же лучше, какъ не къ вамъ?.. Здѣсь у меня остались свѣтлыя дѣтскія впеча- тлѣнія. Притомъ и дядя... Если не мной, то имъ положены здѣсь крѣпкія душев- ныя связи. Я не буду чувствовать здѣсь себя одинокимъ,— здѣсь какъ никакъ, а все свои... — Конечно, конечно... Милости про- симъ! — заговорилъ весело батюшка,— и намъ, знаете, веселѣе, какъ же-съ!.. Васъ не принять радушно, такъ когоже и принимать?.. Дай Богъ вамъ совѣтъ и любовь съ нами. Пока прощенья про- симъ!.. Завтра какъ прикажІЧе_звонить къ выносу? Часовъ въ восемь? — Да какъ вамъ будетъ угодно... По- жалуйста, не стѣсняйтесь. — Такъ въ восемь часовъ, чтобы по- раныне все управить. Кое-кто еще продолжалъ по одиночкѣ приходить прощаться съ покойникомъ ба- риномъ: въ комнату входили то старуш- кн съ платочками въ рукахъ, то моло- дыя дѣвки, искоса, изъ-подъ руки, взгля- дывавшія на молодого барина. Старичокъ Нилъ все топтался въ дверяхъ, вызывая отъ каждаго изъ приходящихъ неволь- ную улыбку и остроту, какъ будто всѣ уже приѣыкли къ нему такъ относиться. — Ишь, у насъ какой камардинъ про- явился,—говорили одни. — Толчея-то здѣсь ужъ! — говорили другіе. — Ай, старичокъ, и ты емерть чуешь? спрашивали третьи.—Пора, пора! Нилъ на все отвѣчалъ одиой и той же фразой, переходя отъ одного косяка двери къ другому: „Проходите... Я не мѣшаю... Дѣлайте свое дѣло, за чѣмъ пришли“ . Когда народъ почти совсѣмъ схлынулъ, онъ тихо нодошелъ къ задумчиво сидѣв- шему въ углу молодому барину іі ска- залъ шопотомъ: — Ты меня не гони. Ты мнѣ позволь здѣсь остаться при ёмъ. Я ужъ послѣд- нюіо ночку посижу при ёмъ, подремлю... И тебѣ, можетъ, не такъ жутко будетъ со мной. — Сдѣлай милость, пожалуйста не стѣс- няйся — улыбаясь отвѣтилъ молодой ба- ринъ. — Я вотъ къ тебѣ поближе присяду. Ты не гнѣвайся,—я съ твоимъ-то дядень- кой, даромъ что генералъ былъ, три го- да рядышкомъ сидѣлъ, — говорилъ ста- рикъ, таща за собой плетеный стулъ. Старичокъ сѣлъ и, низко наклонившись туловищемъ, опустилъ голову. — Усталъ, толкавшись-то, — сказалъ онъ. — Вотъ три года ужъ я какъ при ёмъ на посидѣнкахъ сидѣлъ... Больной ужъ былъ, старый... Всѣ его забросили... Вечеръ-то настанетъ,. людишки всѣ раз- бѣгутся—въ карты играть, а онъ, каса- тикъ, свернется комочкомъ, что сурокъ, на диванчикѣ, въ уголку, и сидитъ, са- харду кусочекъ сосетъ, что малый ребе- нокъ,—любилъ онъ это, по барскому сво- ему положенію... Сидитъ, сидитъ и жут- ко ему станетъ: велитъ меня разыскать... Я и сижу съ нимъ, разговариваю... А по лѣтамъ рыбку ловимъ на рѣчкѣ... Инно это осерчаетъ на меня за какое-нибудь невѣжество,—не дворня, вѣдь, я, а про- стой мужикъ,—затопаетъ ногами, закри- читъ, -того и гляди на конюшню велитъ отправить... , Старичка начинала клонить дремота все сильнѣе. Отъ времени до времени онъ за- молкалъ и затѣмъ, какъ будто вдругъ приходя въ себя, опять продолжалъ: — А допрелсъ-то, вѣдь, шибко мы жи- ли, — онъ, вѣдь, былъ въ болыномъ вантажѣ втѣпоры, до воли-то... Кипа- жевъ здѣсь всякихъ наѣдетъ... Губерна- торъ бывалъ, министръ самъ заѣзжалъ... Малъ еще тогда ты былъ, какъ съ ма- менькой здѣсь проживалъ... Давно, вѣдь, ужъ тому, годовъ тридцать, поди, бу- детъ... Я ужъ почесть на край свѣта сходилъ да и опять вернулся... Ты вотъ меня не помнишь. И старикъ опять дремаль. Болыпія свѣ- чи тускло горѣли въ тусклыхъ серебрян- ныхъ подсвѣчникахъ. Все еще пахло ла- даномъ и воскомъ. Дьячокъ тихо читалъ, изрѣдка прерывая свой монотонный речи- тативъ и вслушиваясь въ такое же моно- тонное журчанье старика Нила. Молодой баринъ смотрѣлъ въ лицо покойника и ему, казалось, было пріятно сидѣть тутъ, глядѣть въ это лицо и слушать тихую болтовню Нила. Старый генералъ, сухой, маленькій, сморщенный, какъ выжатый л и м о ііъ , лежалъ въ гробу комически-стро- го и торжественно, въ расшитомъ золо-