b000002166

284 ДЕРЕВЕНСКІЕ БУДНИ. должаютъ звать ихъ избами) принадлежать ха. Не только у всѣ хъ бабъ, но и у крестьянамъ-собственникамъ, т.-е. такимъ, самихъ мужиковъ она пользовалась не­ которые имѣютъ земли „въ вѣчномъ вла- ключительнымъ у важеніемъ, смѣшаннымъ, дѣніи“ , какъ говорятъ крестьяне, поми- впрочемъ, съ боязнью. Молодые мужики, мо общинныхъ надѣловъ. Первый дворъ—- въ особенности изъ любившихъ покутить, закоренѣлыхъ братьевъ старовѣровъ, изъ боялись ее не на шутку. А ребятишки и под- которыхъ одинъ торговалъ въ Москвѣ ростки всей деревни были у нея какъ мебелью, нажилъ кое-какія деньги, разо- будто подъ началомъ. Мнѣ очень часто рился и пріѣхалъ въ свою деревню; на приходилось слышать ея звонкій, здоро- припрятанные 500 рублей купилъ онъ вый голосъ, раздававшійся изъ открыта- здѣ сь, лѣтъ десять тому, нѣсколько де- го окна избы на всю деревню. „Я те- •сятковъ десятинъ земли у помѣщика. Те- бя, подлая, я тебя!.. Дай ты мнѣ толь- перь эта земля оцѣнивается уже въ 5 .0 0 0 ко до тебя дойти!.. Ты что братишку-то рублей. Можете видѣть, какъ возросли бросила? А?.. Что онъ у тебя надорвал- цѣны на землю въ теченіе 10 лѣтъ. Зе- ся ревѣвши-то? Мать-то на кого остави- млю эту онъ сдаетъ въ аренду. Этотъ ла его? А ? ..“ гремитъ ея голосъ по де- «братъ — старый холостякъ, лѣтъ 50; дру- ревнѣ. Посмотришь, а это тетка Агра- г ой братъ— старикъ уже, лѣтъ 80 слиш- фена, высунувшись изъ окна своей избы, комъ, съ библейскою сѣдою головой; ху - кричитъ на другой конецъ деревни ма- д ожникъ навѣрно выбралъ бы ее для го- ленькой, лѣтъ пяти, дѣвочкѣ, увлекшей- л овы апостола Матвѣя. Прежде старикъ ся лоскутками подругъ и оставившей велъ бойкую торговлю краснымъ товаромъ своего годового братишку сидѣть среди и серпами; теперь занимается хлѣбопа- улицы и орать на всю деревню. Заслы- шествомъ и пчеловодствомъ; у него нѣ- шавъ голосъ Аграфены, дѣвчнека тотчасъ с колько ульевъ позади двора, составляю- же бросаетъ своихъ подругъ, бѣжитъ къ щихъ предметъ вѣчной зависти и раздо- братишкѣ и, щипнувъ его такъ , что у ра между моимъ дъдомъ Матвѣемъ и имъ; того духъ займется, схватываетъ его въ но на собственной пустоши есть большая охапку и утаскиваетъ въ избу. У тетки пасѣка. У этого же брата — двъ дочери Аграфены всегда чистый самоваръ; у и сынъ съ женой. Одна дочь отдана въ нея всегда обѣдъ въ три кушанья; у г ородъ за купеческаго сына, который ря- нея всегда на ледникѣ сметана, молоко, дитъ жену въ дорогія, но безвкусныя творогъ, масло. У нея всегда есть лепеш- платья, а самъ ходитъ въ сюртукѣ. Дру- ки, есть лишняя мука, крупа, чтобы ссу- гая дочь — невѣста. Е е сватаютъ тоже жать бѣдныхъ сосѣдовъ. Пастухи счи- з а купца въ сюртукѣ. Ни сюртукъ, ни таютъ за праздникъ тѣ дни, въ которые куренье жениха не мѣшаютъ старовѣрамъ выпадаетъ чередъ „кормиться" у Павла брататься съ купцами. Старовѣры нынче Гордеева. Тетка Аграфена всегда ставить ■стали уступчивы. Ядъ свободомыслія уже имъ все, что ѣстъ свое семейство. А забирается въ молодыя головы въ осо- семья, какъ мы видѣли, ѣстъ хорошо, Ценности тамъ, гдѣ идетъ вопросъ о ка- въ этомъ себя не утѣсняетъ. У Павла питалахъ или компромиссахъ съ началь- во дворѣ двѣ лошади, двѣ коровы, нѣ- ствомъ ... сколько телокъ, овецъ, свиней. Павелъ Вторая, свѣтло-синяя изба, съ палисад- теперь исключительно занимается хлѣбо- никомъ подъ окнами, берегущимъ за своей пашествомъ, а сынъ ходитъ „въ серпы“ , загородкой кустъ шиповника и тонкій то- возвращаясь на страду домой, ноль, принадлежитъ мужику въ соломен- Павелъ Гордеевъ , одинъ изъ братьевъ ной шляпѣ; у него—жена, дочь невѣста, большой, старожилой, давно начавшей сынъ съ женой и сынъ холостой, въ то дѣлиться, но еще не раздѣлившейся окон- время бывшій на войнѣ съ гвардіей. Этотъ чат ельно и до сихъ поръ семьи Сысоя мужикъ въ соломенной шляпѣ пользовался, Гордеева съ братомъ. Сысой съ братомъ повидимому, наиболынимъ значеніемъ въ Иваномъ всю жизнь прожили не въ раз- общинѣ. Это былъ лѣтъ 55, дѣятельный, дѣлѣ, до старости, вырастивъ по три сы- словоохотливый, толковый мужикъ любив- на. Занимались они, помимо хлѣбопашес- шій, чтобъ у него въ домѣ была „пол- тва , серповнымъ промысломъ и, кромѣ пая чаша“—и рюмка водки всегда, и бу- того, въ особенности Сысой, чѣмъ-то въ тылка вина „про случай11, и пирогъ на родѣ комиссіонерства у городскихъ и закуску. И жена у него была такая же: сельскихъ торговцевъ. Какъ-то, когда-то домовитая, хозяйная, здоровая стару- утвердилась за Сысоемъ, и в'ъ городѣ,