b000002166

ГЛАВА ІІ І. „СЫНЪ НАРОДА ". 103 превратись всѣ они внезапно изъ доб- слажденіе полною чашей, вольно, неприну- рыхъ, любящихъ и деликатныхъ въ злыхъ, жденно, какъ только можетъ пить юность, грубыхъ и коварныхъ — и это было бы въ не связанная ни узами прошедшаго, ни его глазахъ совершенно естественно. Зна- узами настоящаго... Шумъ, говоръ, хо- читъ, такъ нужно, такова эта интелли- хотъ , пѣсни, остроты, шутки... Волче- генція. За грѣхи и добродѣтели одного, нокъ доставлялъ въ особенности неисто- въ его глазахъ отвѣчали всѣ. Таковъ за- щимый матеріалъ для веселаго остроумія. к онъ нарожденія первыхъ общихъ пред- Его учили пить, пѣть, плясать, танцо- ставленій. Таково же зарожденіе и пер- вать, играть въ фанты, цѣловаться съ выхъ симпатій и антипатій. барышнями—цѣлому ряду этихъ глупень- Петра несло общее теченіе, и онъ не кихъ и невинныхъ мелочей, и старанія зналъ, не ощущалъ, та или другая волна развеселнвшагося „сына народа" серьезно охватывала и увлекала его. войти въ роль цивилизованнаго шалопая встрѣчались взрывомъ неудержимаго смѣ- II. х а ... Петра все глубже и глубже захва­ тывали волны новыхъ, неизвѣданныхъ Замоскворѣцкія святки были въ самомъ ощуіценій. И онъ бросался въ эти волны разгарѣ. Трактиры кишѣли народомъ; мо- свободно, съ какимъ-то жаднымъ упо- лодые купчики и приказчики неистовство- еніемъ. Что ему: вѣдь, тутъ кругомъ — вали послѣ долгаго воздержаиія. Арфистки всѣ , всѣ чужіе; тутъ ни строгихъ риго- усиленно„зарабатывали",молоденькія кри- ристовъ— Ульяны Мосевны и Строгаго, лошанки женскихъ монастырей въ удвоен- ни добродушныхъ моралистовъ— дергачев- номъ комплектѣ ныряли среди пирующихъ . цевъ, ни главныхъ и малыхъ приказчи- По улицамъ, шатаясь, толпами ходили ковъ изъ лабазовъ, которые ехидно могли „ряженые", скакали тройки, назойливо бы послѣ посмѣяться надъ нимъ и в ъ б у - пищали гармоники... Пѣсни, хохотъ, дра- дущемъ припомнить ему всѣ эти несвой- ки ... Замоскворѣчье веселилось. В ъ этомъ ственные „серьезному парню" фортели, общемъ ликованіи не послѣднее мѣсто за- А эти люди: что имъ во миѣ, что мнѣ въ нималъ и домикъ „почтеннаго ветерана" нихъ? Наши дороги — дороги, случайно Ивана Степаныча Дрекалова. Бездомная мо- пересѣкшіяся и затѣмъ разбѣжавшіяся въ лодежь,не уѣхавшая почему-либо подъ сѣнь разныя стороны!.. Такія мысли смутно родныхъ очаговъ или давно уже оторва- мелькали въ головѣ Петра и придавали вшаяся отъ нихъ, съ ранняго утра стекалась ему храбрости: съ дѣтскимъ ухарствомъ подъ гостепріимную кровлю дрекаловскаго выпивалъ онъ подносимые ему бокалы дома. Здѣсь, въ этомъ домикѣ, въ моло- винъ, съ наивно-веселою наглостью цѣло- дыхъдушахъ воскресали былыя ощущенія валъ розовыя губки барышень, „срывая" юности, проведенной подъ родительскимъ фанты, и, съ сознаніемъ собственныхъ кровомъ . Иванъ Степанычъ и Аполлинарія успѣховъ, встрѣчалъ шумные взрывы одо- Петровна такъ напоминали добросердеч- бреній. ныхъ и благодушныхъ родителей; въ свѣ- — Посмотрите, господа, не правда ли, жихъ, веселыхъ голосахъ барышень Дре- какое интеллигентное лицо? — говорила каловыхъ воскресали серебристая, нѣжныя Вѣра, показывая на Петра, котораго она и любовныя рѣчи сестренокъ и „сюжетовъ заставила надѣть пиджакъ и глаженую первой, младенческой любви", изнываю- сорочку.—Мнѣ, право, кажется, что онъ щихъ теперь гдѣ-то въ далекихъ Царе- нисколько не хуже в а с ъ ...Мнѣ кажется, вококшайскахъ и Чухломахъ. Цыган- что если бы этихъ „дѣтей народа" отдать ствующая по холоднымъ меблированнымъ на воспитаніе культурнымъ женщинамъ, комнатамъ душа студента особенно не- мы давно видѣли бы народъ и умнымъ, и равнодушна въ эти праздники къ мирному деликатнымъ , и образованнымъ. складу семейной жизни. Грузинскіе князья — Позвольте усомниться, — сказалъ и сибирскіе буржуа не скупились на по- одинъ юноша. полненіе быстро пустѣвшихъ кульковъ, — Напрасно... Женщина можетъ очень Иванъ Степанычъ и Аполлинарія Петровна много... если не в с е !—увѣренно прогово- на родительское радушіе и ласки, барышни рила В ѣ р а .—Не правда ли, папа, волче- Дрекаловы и ихъ подруги— на задушевную нокъ развивается у насъ не по днямъ, веселость и позволительныя, невинныя а по часамъ ,— сказала она, подводя Петра „вольности", а молодежь— на беззавѣтное, къ отцу. полное увлеченія, веселье. В сѣ пили на- — Вижу, вижу! — весело говорилъ