b000002166

102 УСТОИ. ЧАСТЬ I I . ВНУКЪ. главу гіепломъ" и совлечь съ себя „вет- Когда Петръ вернулся отъ Пугаева до- хаго человѣка11. Онъ вѣрилъ беззавѣтно, мой, въ домѣ Дрекаловыхъ маленькая зала что народъ тотчасъ же приметъ его и уже шумѣла роемъ молодёжи, собравшей- проникнется проповѣдыо „отрѣшенія“ отъ ся на святочный вечеръ. бренныхъ благъ. Да и какъ было не вѣ - — Ну, что? какъ? — тотчасъ осыпали рить, когда предъ его интеллигентными Петра вопросами и Лиза (главнымъ обра- очами, въ его вѣчно ишущемъ пищи во- зомъ, Лиза), и Вѣра, и Сережа, присталь- ображеніи вставали грандіозные образы но всматриваясь въ полусконфуженное народнаго подвижничества всюду — и въ лицо Петра, какъ будто проповѣдь Пу- самосожигающихся раскольника хъ , и въ гаева имѣла такую чудодѣйственную силу, типахъ холопскаго самоотреченія „вѣр- что сразу клала уже отпечатокъ на лич- ныхъ слугъ“ , и въ милліонной терпѣли- ность ученика. Впрочемъ, они тотчасъ вой массѣ, всепрощающей, всеожидающей же сами увидали, что ужъ это „слиш- и всевѣрующей въ пришествіе „правды"? комъ", и своими вопросами возбудили Впрочемъ, ему не удавалось осуществить только въ Петрѣ сознаніе, что съ уро- свое намѣреніе. Отчасти онъ боялся, бо- ковъ Сережи онъ выносилъ нѣчто, имѣв- ялся безсознательно, по предчувствію, шее вполнѣ вѣскій, реальный смыслъ, какъ бы его опытъ не увѣнчался неуда- между тѣмъ какъ отъ Пугаева онъ не чей. Положимъ, онъ могъ бы всегда объ- вынесъ еще ничего реальнаго. Это ояъ яснить эту неудачу разнообразными не- созналъ тутъ же, какъ только вздумалъ благопріятными условіями, но тѣмъ не передать результаты своей съ нимъ бе- менѣе это былъ рискъ. Отчасти его за- сѣды: при всемъ усиліи, онъ ничего не держали дѣла съ „интеллигенціей". Тамт^ могъ сказать и только конфузился. Одна- „въ народѣ", что еще будетъ, а здѣсь ко, въ этотъ разъ, все это мало его смуща- онъ уже собиралъ жатву, хотя не осо- ло. Вся душа его была поглощена однимъ, бенно обильную, но все же пожипалъ. По общимъ всеохватывающимъ ощуіценіемъ; крайней мѣрѣ, была у него масса хло- то было ощущеніе довольства, какое испы- потъ, и получалась извѣстная доля само- тываетъ человѣкъ среди новой, непонят- довольства. ной, но пріятной для него обстановки, И вотъ теперь стоялъ передъ нимъ которая удовлетворяетъ и его самолюбіе, „сынъ народа11, экземпляръ „чистой про- и любопытство: ему было тепло, уютно, бы“, воспитанный въ исконно-народныхъ хотя, можетъ быть, и нѣсісолько боязно, традиціяхъ и еще не успѣвшій развра- Онъ сознавалъ въ себѣ человѣка, и вотъ, титься реализмомъ житейской грязи. душа его была полна этимъ смутнымъ, — Какая почва! — повторялъ Пу га- но пріятнымъ сознаніемъ, для него еще е в ъ .—Я не нарушу грубымъ отрицаніемъ все заключалось въ одномъ только фак- ни одного изъ вѣрованій этой непосред- т ѣ— что съ нимъ сидѣли, говорили, имъ ственной души; нѣтъ, въ нихъ я построю занимались, ему довѣряли, его любили, а зданіе — величавое, возвышенное, нроч- кто — Сережа, или Лиза, Вѣра или Пу- ное!... Можетъ быть, грубы эти вѣрова- га евъ , и что и какъ каждый изъ нихъ нія, нелѣпы, дики, но они чисты и наив- говорилъ и любилъ—для него было без- ны. Я только освѣщу ихъ свѣтомъ высо- различно: всѣ ихъ частныя, индивидуаль- кихъ нравстаенныхъ откровеній; я внесу ныя особенности тонули въ общемъ чув- въ нихъ связь, смыслъ и сознаніе... ствѣ отношеній „мужикаа къ „интелли- Такъ думалъ онъ, провожая Петра и генціи“... Среди „своихъ ", среди „кре- любовно, ласково пожимая ему руки, по- стьянъ ", онъ довольно ясно различалъ слѣ перваго, урока. Урокъ нынче, на пер- обстоятельныхъ инеобстоятельныхъ, доб- вый разъ, былъ коротокъ. Онъ успѣлъ рыхъ и злыхъ, „умственныхъ" и простя- сообщить Петру кое-что о нѣкогда су- ковъ, но здѣсь, въ этой жизни, тайныя ществовавшихъ великихъ націяхъ, кое-что пружины которой были ему невѣдомы, для намекнулъ о „великихъ учителяхъ" чело- него существовало только одно общее: част- вѣчества — Буддѣ и Моисеѣ, съ тѣмъ, ныя, случайный черты, присущія только чтобы въ будушій урокъ поразить его во- одной какой-либо личности, для него были ображеніе величавыми образами этихъ общими, типичными чертами, всей этой проповѣдниковъ и вмѣстѣ съ этимъ раз- жизни, всей этой обстановки... Перемѣс- вить предъ нимъ высокое значеніе про- тись Сережа на мѣсто Пугаева, а Пу- повѣди „нравственна™ просіянія, подвига* гаевъ на мѣсто Сережи ,—и онъ не замѣ- самоотреченія ". тилъ бы въ эгомъ ничего невозможнаго;