b000002163

:не выдержал и пригласил меня посмотреть один маке- тик в том самом кабинете, куда по запрету отца никог.о чужих не приводят. Мне было страх как интересно, но я заупрямился и сказал: —• Больно надо! — И тогда Алеша принялся расписывать город папашиной мечты горячими красивыми словами. Он рассказал про на- клонные дома, привязанные друг к другу металлически- .ми сетками, про пластиковые улицы-коридоры, обвитые зелеиью из болыпих горшков, про прозрачную кровлю между крышами домов, про теплое пространство с зим- ними садами на дне. — Сады Семирамиды, многоэтажные улицы! — вос- торженно кричал Алеша, а я ничего не кричал, хотя мне ужасно хотелось крикнуть: — Цветочный горшок! Аквариум! Целлофановый му- равейник! Алеше уж очень по душе пришелся этот зимний сад, и он принялся еще расписывать пальмы, магнолии, как- тусы, всю эту растительность — щетину, среди кото- рой «были созданы наилучшие условия для физическо- го развития человека»: там были спортивные площадки с «бронзовыми от загара телами юношей и девушек», детвора, «барахтающаяся в звенящих струях фонтанов». Алеша, видно, наизусть выучил все, что говорил отец об. этой теплице, где ни сугробов, ни пахнущих дождем деревьев, ни снежинки, ни ветерка. Ни снегиречка. — А можно строить и в небе, — рассказывал 'Але- ша. Он волновался и был еще краснвее, и я все по- сматривал на вернувшуюся из кухни Настьку — боял- ся, что и она это заметнт. — Представляешь, в облак.ах! Дома можно прикрепить к сеткам, а сетки эти прице- пить к столбам-стойкам. Внутри стоек и лифт пустить, и проложить трубы — отопление, канализацию.,. Кра- сота.ведь, а? — спросил напоследок Алеша. — Хочешь жить в таком городе? Хочешь, только честно? Я не стал ч.естно говорить «нет», я просто спросил, 70