b000002162

- Да и нет не говорите, чёрный с белым не берите.. - произнес­ ла она первые слова из детской игры. - Я столько напереживалась из-за этого кольца, а ему, видите ли, жалко. Тогда отдай, может, ещё пригодится! Климов, поняв свою оплошность, размахнулся было, но Кувшин­ ка метнулась за ним, как кошка. Кольцо выскользнуло и покатилось. Искали вместе, долго, нашла Кувшинка - в расщелинке рядом с па­ мятником. (Как оно могло докатиться туда?) - Отдай! - Климов протянул руку. - Ещё чего! - Она убрала его назад, в сумочку, и ... побежала прочь из сквера. Остановилась, оглянулась, выкрикнула: - Я не люблю тво­ его Андрия и папашу его Тараса - и друга твоего, тоже Тараса! Я теперь Чичикова люблю! - И опять побежала. - Дура! - выкрикнул вослед ей Климов. Кувшинка обернулась, и такая растерянность, такое удивление были в её глазах, что он было бросился просить прощения. Но она остановила его, холодно, как никогда, сказав: - Ты ещё пожалеешь об этом. Климов отошёл подальше от «чапка», присел на скамейку. Было ещё о чём жалеть. Позавчера неожиданно, буквально на день, приехал отец. Вече­ ром вынул из армейского рюкзака почти новые унты и тёплые, об­ шитые на коленках кожей штаны. Большой сильный, виновато гля­ нул на сына: - Брюки мама немного подрежет... - Мне от тебя ничего не нужно. Забирай! А то на помойку выбро­ шу! - непримиримо ответил он. - И зря. - Успокойся, Лёша, - сказала мама и вдруг разразилась такими слезами, что лицо тут же стало мокрым. Она пошатнулась, отец удер­ жал её, усадил в кресло, принёс воды, мама покачала головой. Отец повернулся к нему: дай, мол, ты. Он, ещё вне себя, выбил чашку из отцовской руки. Чашка, плеснув водой, вдребезги разбилась. Он ки­ нулся на кухню, сам принёс воды. Мама глотнула, она уже взяла себя в руки. Даже улыбнулась. - Жалко, что не тарелка разбилась. Тарелка - к счастью... 47