b000002160

(3 0 а в г у с т а 1 9 9 9 г о д а ) , как в надёжно охраняемой крепости, кото­ рой стоять вечно. Удивительно, веранда была совершенно в русском духе - с тонким пле­ тением поделённых на небольшие квадратики оконных рам, кружевными занавесками, простыми кроватями с набалдашниками по углам, деревянной тумбочкой и даже милым сенным запахом каких-то высушенных травок. 26 ф е в р а л я 1 9 9 6 г о д а . Провожали нас обычно всей семьёй, только от души напрощавшегося ещё за столом дяди Гоги могло не быть. Расставание отдавало нешуточной болью, как будто мы успевали срастись кожей и теперь резко отрывались. В детстве такая и подобная боль нередко имеет физически выраженные ощущения, ибо душа по-настоящему ещё не приучена болеть. Но никакой тревоги друг за друга мы пока не чувствова­ ли. Однажды прощание получилось как бы двойным. Мы вроде бы опоздали с билетами, и нам было предложено ехать за какую-то сумму. Поглядеть снару­ жи - вагон чуть ли не товарный. Однако, когда поднялись и проводник как-то осторожно приоткрыл дверь одного купе, в мягком лунном свете настольной лампы проявило себя дорогое убранство купе, белоснежные покровы на мяг­ ких лавках, и от изящного столика с дорожной подружкой - бутылкой конья­ ка в центре - удивлённо глянул на нас щеголеватый молодой грузин... Мама, вздохнув, быстро повернулась. У неё был бесплатный билет медработника железной дороги, льгота распространялась и на нас с сестрой, и нам ни к чему была эта платная и сомнительная, как обычно, роскошь. В нашем с Ией детстве мы бывали с мамой в Зестафони, по крайней мере, несколько раз. Устойчивое счастье не поддаётся точному счёту. И с грёзами о доме, об отце, о лесе возвращались домой. 31 а в г у с т а 1 9 9 9 г о д а . Обычно поезд прибывал в Москву рано утром. Когда до столицы оставались считанные километры, включались радиодинамики и по вагонам разносился по-левитановски торжественный голос: «Поезд приближается к столице нашей Родины - Москве!» Тут же следовал лёгкий бравурный марш, и почти до перрона Курского вокзала лились милые, душевные песни моего детства - о «самой любимой» стра­ не, её великих, необъятных просторах. Появлялось радостное, волнующее ощущение близости дома. Поезд шёл тихим ходом, знакомые пейзажи на­ плывали из туманца кронами берёз, вётл, белёсым сонным глазом озерца, ещё тёмной жилкой речки. Сердце оставляли притягательные образы Кав­ каза... Изредка мы прибывали с юга в Москву вечером. Никогда не забуду один такой тёплый вечерок. Сумерки ещё только начинали спускаться на сво­ их прозрачных зонтиках. По-видимому, было воскресенье. По всему полю вдоль железной дороги парами и маленькими компаниями шли с гулянья к близкой Москве её жители. И такое умиротворение было в их неспешном, 278