b000002160

её, прикасается к руке. Это единственный телесный контакт, который они допускают между собой. Иногда ещё более мягким движением руки удер­ живает его она. У неё всё время получается, у него не всегда. А сегодня она спешит к плите. Немного погодя он идёт за ней. Окно на кухне смотрит на запад, вернее, на северо-запад. Ещё не осень, а листва яблонь подёрнулась багрянцем. Так, обрызгивая землю, как в воду, уходит сегодня солнце. Из сада свежо пахнет яблоками. Она быстро режет душистую кинзу, которую называет другим, красивым именем - кориандр. Только розовато посверкивают «календулы» - её отточенные ноготки. Вы­ нимает из плиты шипящий противень. Запах жареного мяса перебивает ароматы столовых трав. Ставит на стол два бокала. Он выходит в прихо­ жую за вином. Он купил его на всякий случай, какое-то модное ныне - то ли итальянское, то ли французское. Тонконогие бокалы ждут, когда в них нальют вина. Вот и штопор, но он не хочет спешить, медленно ввинчивает его в пробку. «Ещё не вечер?» - тихо и словно сверху говорит она. «Нет, дело только идёт к вечеру». - Он кивает в сторону ещё не загустевшего заката. «А в жизни?» - неожиданно начинает допытываться она. «Надеюсь, что до него ещё далеко, по крайней мере время есть». Она смеётся - впервые не вполне уверенно. «Ты знаешь, для чего существует на свете правда?» Он пожи­ мает плечами: понимаю, мол, что ты имеешь в виду, но назначение её всё же шире. «Но всё-таки главное - чтобы искусней солгать». - «Допустим, ты права, но, согласись, в этом есть натяжка». - «Безусловно есть. И вот какая: только ты начинаешь чувствовать натяжение, как исчезаешь, и, меж­ ду прочим, всё более надолго. А когда оно ослабевает - появляешься. Я сейчас конструирую прибор для измерения подобного натяжения». - «А это возможно?» - «Конечно, ведь связь - это радиоволна. Будет всего один экземпляр. На мою причуду институт денег не даст. Но мне и нужен толь­ ко один, просто для интереса: насколько точно можно «поверить алгеброй гармонию». - «Ты хорошо помнишь Пушкина». - «У меня у самой внутри есть такой прибор. Хочу посмотреть, не будет ли расхождения». - «Как, наверно, нелегко жить с прибором внутри». - «Зато, мой милый, надёжно». - Она смотрит на него, на бокал, ждёт. Верно, вино разлито по бокалам, тарелки полны. Когда это они успели? Теперь нужен тост. Ну, кто первый? Она читает всё по его лицу и открыто, ласково улыбается. Ей зесело, и надо знать её, чтобы догадаться: почему же ей вдруг весело. «И всё же ты сегодня какая-то странная...» - «Всё дело в тебе», - просто отвечает она. Настаёт любимая ими пауза. Он поднимает бокал. Она со своим тянется к нему. «Так ну - за что?» - В глазах у неё клубится зеленоватый дымок. Её прибор горит. Или уже перегорает? И тут она пропадает - как и не было. Однако возвращается быстро - в длинном, приглушённого розового цвета платье. Ах, вот что! - никакого разговора ещё и не начиналось, а выходила она, чтобы проверить в дейс­ 260