b000002160

валась, и его фамилия снова, на этот раз окончательно, заняла своё место в алфавитном списке учеников. Что говорить, тут было и что оберегать, и к чему стремиться. Школа- сказка, школа-свет. Пусть в иные моменты этот свет ослеплял до слёз, он почти обожал свою новую альма-матер. Ощущение замкнутого про­ странства, неизбежное в помещениях, тут терялось, ибо высоты потолков хватило бы для полёта иной птицы, а в размашистые окна было видно полнеба. За долгими коридорами на втором этаже располагались два зала: Большой - для занятий физкультурой и торжественных пионерских лине­ ек с одной стороны и малый - для собраний, представлений и просмотров фильмов - с другой. Поделанная в изысканном дворянском вкусе, лестни­ ца, сами ступени из жёлтого, сильно стёртого посередине мрамора прида­ вали ощущение сопричастности к былому, чуть ли не соприкосновения... Густо натёртые мастикой паркетные полы, на которых невозможно было разбежаться, «стояли» на страже дисциплины. А на уроках благородно царствовала Евдокия Ивановка Смирнова. Она держала класс в крепкой узде, голоса никогда не повышала, обходилась пристальным, порой про­ низывающим взглядом. Первый год он ещё тосковал по своей первой учительнице, и мама реши­ ла, насколько возможно, успокоить его, а ей, как она говорила, «подсластить пилюлю». Летом, приехав с юга, пришли к ней с большим кульком фруктов. Она была очень тронута, угощала их чаем с вареньем и пирожками, «ока­ ла», то и дело вскакивала и, наконец, молча села, уронив на колени натру­ женные руки, и задумчиво смотрела, как он пьёт чай. И слёзы, которым она не давала пролиться, остановились в её глазах. Прощание состоялось, и на этот раз она навсегда пропала из его поля зрения, будто растворилась в собственной слезинке. Пройдут годы, и он поймёт, что так отрывается от души лишь очень, безмерно дорогое. Учась в первой школе, он уже самостоятельно продолжил движение вдоль Стрелецкой. Дом одноклассницы стоял почти напротив недавно пос­ троенного стадиона «Торпедо», к ней он и стал наведываться, всходя по редкостно крутым и ещё изрядней, чем в первой школе, стёртым ступеням. Полтора столетия до того и ещё много лет после по ним с цветами в руках поднимались к своим барышням его предшественники. Цветы, несмотря на разнообразие их в мамином палисаднике, он не дарил, приносил своей сладкоежке шоколадки, купленные благодаря жёсткой экономии гривенни­ ков, которые ему давали родители на мороженое, пирожки, пончики, га­ зировку с двойней порцией крюшона. Сестра, как знала о его расходах, в большую перемену заглядывала в дверь третьего «а» и протягивала ему в вытянутой руке котлетку в разрезе свежей булочки. У его «шоколадницы» и цвет лица был смугло-шоколадным, только белое пятнышко прилипло к виску, а волосы совсем светлые. Она их не жалела и к его приходу с помощью накалённых на электроплитке особых ножниц и 243