b000002160

понимала и, желая не обидеть его и иметь хоть какую-то пользу, поручала ему искать игрушку на ограниченном участке ёлки, а сама, перемещаясь вокруг неё, какими-то закручивающимися снизу вверх взглядами просмат­ ривала её богатую мантию. Порадовав подружек своими затянувшимися поисками и, пусть сомнительной, растерянностью, она неожиданно вос­ клицала: «Да вот же она, курочка-ряба (петушок-золотой гребешок, грибок в травке)»! «И-эх!» —вздох разочарования вырывался у девочек, и опять им предстояло долгое и всё же приятное дело, ибо медленное скольжение взглядами по ёлке было всё же не чем иным, как созерцанием несомненной красоты и обязательно завершалось радостью. От него самого сестре, действительно, всё же был прок, пускай разовый, эдакий прок-одиночка, но зато какой! Подружки загадали им полосатую лошадку. Он сам вешал её за ниточ­ ку и помнил это место внизу ёлки. Конечно, он сразу заглянул туда, но не увидел игрушку. Не веря глазам своим, он стал шарить руками, невольно вызвав шум заволновавшихся ветвей, перезвон ударяющихся друг о друж­ ку стеклянных игрушек, но ничто не помогло - игрушка пропала, как и не было. Он прямо остолбенел, и сестра не спешила, как обычно, на помощь. Его ещё никогда никто не обманывал, даже лиса, регулярно присылавшая ему с отцом что-нибудь вкусное. Отец так и говорил: «Вот лиса тебе при­ слала». Воспоминание о заботливой лисе вдруг навело его на догадку, ещё не вполне ясную, расплывчатую. И он, почти не отдавая себе'отчёта в сво­ их действиях, стал заглядывать под ёлочные лапы в других местах понизу, потом повыше, уже осторожно пошевеливал их. Девочки помалкивали, ук­ радкой переглядывались и не говорили ни «холодно», ни «горячо», но тем упорней искал он. И настал миг - о, до чего же сладкий! - он без малейшей подсказки нашёл игрушку, которую вешал сам, в другом месте. Теперь он уже мог сказать, что они с ним проделали. «Вы перевесили игрушку», - с упрёком произнёс он, но радость теснила, распирала грудь и выплеснулась со смехом, засмеялись все. Его хвалили, сообща подняли на руки, хотели подбросить и чуть не грохнули на пол. «Я вешал зебру вот сюда». - Он показал - куда. «Какую зебру?» - очень удивились девочки-гостьи. Они не знали, что так называют полосатую лошадку, а он и сестра знали, видели её вживую, когда отец летом возил их в Москву и водил там в зоопарк. Он, как мог, стал было рассказывать про зебру, но девочки быстро погрустнели, и он умолк на полуслове. Когда, наигравшись, нашалившись, подружки сестры ушли, он спросил у неё: почему, мол, им неинтересно было узнать побольше про зебру, других зверей. «Да потому, - ответила сестра, - что ни у кого отец не может Повезти их в зоопарк: у Светланки - погиб на войне, у Веру - живёт отдельно, дале- ко-далеко, в городе Риге, а у Зои отец - инвалид и всю дорогу пьёт. Как он повезёт Зойку?» «Да-а, - согласился он, - её отцу в дороге всё время надо ходить на горшок». Сестра, только что серьёзная, не выдержала, засмеялась. 217