b000002160

- Вы и занимаетесь! - злорадно припечатал его директор. Никаких тресков, замогильной глухоты, ясно и просто. Николаю Сергеевичу даже почудилось, что голос раздался прямо тут, в комнате. Он поспешно нажал на рычаг, и тут же телефон затрещал. Звонила Рахимовна. Спокойно, даже весело поведала, что ей рассоветовали давать рекламу в е г о журнале, «нашли другой канал». Вода пошла вспять. Николай Сергеевич испугался, как бы не захлеб­ нуться в этом ровном, как стрела, канале, то есть арыке. Теперь пахло сухим песком, карболкой и ничуть - дынями. После отказа Рахимовны он твёрдо решил, что никуда больше звонить не будет: всё, баста, ляжет и помрёт, но не наберёт ни одного номера. Он ходил в магазин, стоял за хлебом. Наскрёб ещё на пару бутылок молока. Вечером жена и дети направились к тестю с тёщей. Жена очень звала его, но он решил остаться дома. Круглая плоская луна стояла в окне. Что-то странное происходило в природе: луна моментально таяла в фиолетовом небесном киселе и так же стремительно всплывала. Выпив немного «талонной» водки, Николай Сергеевич лежал на диване и наблюдал за нею. Опротивевший иллюстри­ рованный еженедельник, растопырив страницы, как дохлая курица кры­ лья, валялся в углу. Невесть откуда появившийся гость поднял журнал, полистал небрежно и невозмутимо сказал ошеломлённому хозяину: - Зря вы его уж так... - Вот мы с вами ещё даже не познакомились, а вы уже поучаете, - при­ поднимаясь, укорил Николай Сергеевич. Гость ухмыльнулся. - Я знаю, кто вы, - сказал, замирая, Николай Сергеевич и прихлопнул ладонью рот: накликал, начертыхался, вспоминать не надо, а он его - в первый ряд, в президиум. Ах, какие в деревне были образа, а какая кочер­ га - в углу, у русской печки! Гость настороженно повёл длинными бледными ушами. - Вообще-то добрые люди зовут меня Чёрт Иваныч. Но для вас я, так и быть, просто Иваныч. - Гость скромно потупился. «Вот это ловко, из нечистого - да в невинного Иваныча». - Николай Сергеевич заёрзал и спустил с дивана ноги. - Что-то мне ваше лицо знакомо, —проговорил он, оглядывая эту до­ вольно заурядную физиономию с приспущенным носом и двойной склад­ кой подбородка. Тот поправил узел коричневого, с ядовитыми чернильными блёстками галстука. - Да я тут в третий подъезд ходил к женщине, - смутившись, сказал он. - Так это вы два раза прыгали с девятого этажа? 192