b000002160

- Почему прыгал? - удивился визитёр. - Просто уходил. - А старухи на лавочках говорили: это, мол, какой-то десантник, после Афгана, прыгать обучен. - Глупые старушки. Что с них взять? Разве человек может сигануть с девятого этажа и остаться жив? - Причём два раза, - неожиданно для себя поддакнул Николай Серге­ евич. - Да почему два? - удивился «Иваныч». - Три. Я троицу люблю. Просто в последний раз вы не видели, как я полёживал перед тем, как отправиться по другим делам, не то бы снова вызвали «скорую», и меня, как в предыдущие разы, увезли бы в дурдом. Без вас никто и не подумал вызвать «скорую», и я успел провернуть одно важное дело. Э-э-э! - Он погрозил пальцем. - И не надо щипать себя за ухо. Всё равно ведь не проснётесь. Николай Сергеевич вздрогнул. Шутник необидно засмеялся. - Я хочу сказать, что вы не спите и не находитесь в дурдоме. И всё! «Сейчас мстить будет», - подумал Николай Сергеевич. - И не думайте. Я не унижаюсь до мести. И потом - вы же из добрых побуждений, - даже как-то душевно сказал «Иваныч». - Так с чего мы начали? Вот с этого журнальца? Зря вы его уж так... Неплохой журналец, не совсем, правда, в моём вкусе да и не в вашем, по правде-то говоря. - Просто никуда не годный стал журнал, - со злостью припечатал еже­ недельник Николай Сергеевич. Собеседник тихонько засмеялся и посмотрел лукаво. Глаза у него были бурые и засасывали, как болотная тина. Николай Сергеевич поёжился. - А раньше был ничего? - поддел его «Иваныч». - Это когда вы на ми­ тингах буйствовали, транспаранты всякие выставляли. - Я не буйствовал и транспаранты не выставлял. - Но ведь хаживали. Чего уж там... Эх, люди, люди! - Он жалостно помотал головой. - Не по зубам оказался капитализм-то? - Да при чём тут капитализм, социализм! Это всё условности. Мне это безразлично. А вот жена у меня за шведскую модель. - Моде-ель, - растягивая и очень мягко произнося вторую гласную, повторил гость. «Чего он косляется? Издеваться изволит да ещё и необразован», —по­ думал хозяин. - Да что вы?! Я ведь и в Кембридже курс слушал, и в Оксфорде, и даже в вашем пединституте. - «Иваныч» тонко усмехнулся. «При нём нельзя думать, он видит насквозь», - решил Николай Серге­ евич. - Да уж, - задумчиво произнёс тот, листая еженедельник. - Окрутили вас товарищи демократы, обвели вокруг пальца. А сами в господа выби­ лись, страну, как машинёнку ворованную, на запчасти разобрали. Но что 193