b000002160

Промыслов держался молодцом. Как ни рвал к себе гаишник его вело­ сипед, как ни выкручивал, раму из рук не выпустил, и ещё неизвестно, чем закончилось бы это столкновение на дороге, если бы встречь им из города не катил зелёный, лягушачьего оттенка драндулет, выданный хозяину бес­ платно, «за боевые заслуги». Стариковская палка, которую «чекист» захватывал с собой, отправляясь по особо важным дедам - в собес, горсовет и, наверно, в «органы», оказа­ лась кстати в везущей его на природу машинёнке. «Чекист» притормозил и, прихватив её, вылез. Боль от удара по рукам Виталий стерпел, но паль­ цы как онемели, разжались. Гаишник завладел велосипедом и, довольный, потащил его к себе в коляску. Не обмолвившись ни словом, милиционер и «чекист» разъехались в разные стороны. В город приятели возвращались на велосипеде Серого. Виталий крутил педали. Серый сидел, свесив ноги, на раме. Надо отдать ему должное, пос­ ле драки кулаками не махал, ехал, пригнув голову, чтобы не мешать Про­ мыслову. Возвращение домой без велосипеда пришлось объяснять отцу. Отец хо­ дил в милицию, велосипед, как сказал он, «отдали без разговоров». Выждав день-другой, «чекист» выкатил свой драндулет из гаража и демонстративно починял его у обочины. Подошёл отец, что-то сказал, «чекист» схватился за монтировку. Что мог поделать со старым вооружённым хулиганом интел­ лигент, к тому же сын репрессированного священника?.. Положение у него было пиковое. Впрочем «чекист» быстро опустил монтировку. Серый терпеть больше не мог, и улица, узнавшая о случившемся на доро­ ге за Клязьмой, с интересом ждала, чем же всё-таки разрешится конфликт между не вполне нормальным мужиком и не вполне стандартным мальчиш­ кой. О том, что Серый проболтался, не знал только он. План, как поквитаться с обидчиком, вызрел быстро, детали проясни­ лись. Чтобы не оставить отпечатков пальцев, булыжники он собирал в перчат­ ках. Окна квартиры «чекиста» удачно для его «операции» выходили во двор, с торца дома, кусты бузины, в случае чего, скрыли бы его на какое-то время. Похолодало. Пасмурный сырой вечер быстро развёл жителей улицы по домам. Виталий уже готов был отправиться с булыжниками под ненавист­ ные окна, как узнал, что его обидчик приболел. Откуда донёсся слух, кто передал, он не помнил. Казалось, предупреждавший был безлик. Промыс­ лов вдруг вспомнил, что «чекист», действительно, уже несколько дней не появлялся на улице, поверил неведомому голосу и пожалел старого стер­ веца. Старость, правда, ещё только надвигалась, пробовала очередника на излом первыми затяжными хворями. И всё же это была она, невидимая по­ началу, бессердечная и более меткая, чем любой партизан. Отменив свою «операцию возмездия», Промыслов тогда не думал, что он пощадил, скорее, себя самого. Отпечатки и не стали бы искать, метате­ 143