b000002160

У Промыслова слово «чекист» было ругательным в детстве, во времена безоговорочной славы «птенцов железного Феликса». И относилось оно к одному, конкретному лицу. Жил на их старой улице некий не вполне нормальный человек (плохой человек тогда, как правило, считался «не вполне нормальным»). Его не любила и сторонилась вся улица, и он платил ей той же монетой (или вернее, наоборот, в нём самом заключалась причина взаимной неприяз­ ни). На службе в ЧК, возможно, за исключением тайной, он никогда не состоял, а вот в партизанах якобы был, да ещё в «красных», чем припуги­ вал и старого и малого при малейшем поводе или без оного, просто для острастки. В ту пору красных романтизировали, тем паче партизан, но пионер Ви­ талий Промыслов в душе не верил в боевую биографию того, в ком злоба могла закипеть в любой момент. Считал, что документы у него наверняка поддельные. А в общем ему, как и другим мальчишкам, это было «до лам­ почки», по распространённому выражению тех лет. И стоило этой заводной злюке высунуть нос на улицу, как пацаны истошно, хотя и с безопасного расстояния, хором выкрикивали: «Че-екист! Че-екист!» Реагировал он мо­ ментально, хватал что под руку попадётся, будь то булыжник, ржавая желе­ зяка или сучковатая палка, и припускался за пацанами с козлиной прытью, буквально не щадя колышущегося живота своего. Но пацаны на то и были пацанами, что отличались ловкостью и быстротой. Увернувшись от пресле­ дователя, неожиданно появлялись где-то сбоку от него, даже за спиной и ещё истошней орали: «Че-еки-ист!» Почему за такую оскорбительную, «политическую» дразнилку нико­ го не проработали в школе, а родителей не потянули в «органы», для всех осталось загадкой. Может, дело было в Сером, приятеле Виталия, точнее его отце, ведавшем в КГБ кадрами. Кстати, впоследствии он и подобьёт Промыслова поступать в «Дзержинку», а своего пухленького Серёженьку отправит в МГУ, и станет впоследствии одним достойным членкором больше. Войдя в раж, пацаны висли на заборах, укрывались за стволами старых лип, за парапетом фонтана (был и фонтан, пусть давно не действующий, на бесконечно дорогой им улице). Доводили «чекиста» до бешенства, и ведь никто ни разу не попался под раскалённую руку, кроме... Промыслова. Случилось это, правда, не на улице, и даже не в городе. Они с Серым возвращались на велосипедах из соснового бора, где вволю накатались по пружинящим тропинкам, демонстрируя друг перед другом чудеса почти что акробатического веловождения. Машин было ещё немно­ го, и приятели катили по проезжей части дороги, весёлое настроение не покидало их даже на виду движущего навстречу гаишника. Проехав было мимо, он быстро повернул назад свой мотоцикл с коляской, прижал вело­ сипедистов к обочине. 142