b000002160

тельное значение, много позже, как символы добра и зла. Потом придёт понимание, что главное, вся палитра жизни, простирается как раз между ними как оконечностями. А после один мой подзащитный, священник, даст поначалу озадачившее меня разъяснение: один край, мол, принадле­ жит Богу, второй - сатане, а то, что между, тоже... сатане. И никакого про­ странства, чтоб дефилировать между ними, как по Пушкинскому, просто- напросто нет: или ты в точке, куда упирается остриём горний луч, или во владениях сатаны. В детские годы время, и так-то почти бесконечное, поддаётся самому немилосердному растягиванию. Я помню немало дней, подлиннее целого года взрослой жизни, а вот года, хотя бы равного по длительности такому дню, припомнить не могу. Мои родители никогда не торопились, однако везде успевали и даже не ведали, что такое опоздать на работу, к торжественному случаю, а тем паче очутиться в том плачевном положении, когда оказывается, что дело, которое требовалось выполнить месяц-другой назад, остаётся на точке замерзания. А между тем они ни за что не брались срывисто, в спешке. Их жизнь была примером размеренности, толка во всём, и ни одна мелочь не пропадала из поля их зрения. Матушка Анастасия Петровна вела домашнее хозяйство и принимала живейшее участие в жизни бедных горожан. Душа её была по-детски чиста, рука легка, и ей удавалось собрать некоторые средства для них, по тем вре­ менам немалые, ибо молодая коровка стоила всего пять рублей. Батюшка благосклонно относился к её деятельности, но свои связи в помощь ей не использовал. Вот перелопатить хозяйские сад и огород, где и нам был вы­ делен участок под грядки, - всегда пожалуйста. На пару с матушкой подса­ дить вДоль Протасьевского лип - со всей охотой. Но только ни у кого ничего не просить. Он сознавал в себе грех гордыни, правда, не проявлявшейся больше ни в чём, и на самом деле сердце имел на редкость сострадательное, и тоже не мог остаться в стороне от благотворительных дел, но средства добывал собственным трудом и стараниями таких же, как сам, доброхотов. Крестьянские корни его сохранились там где надо - в земле, сам, интелли­ гент во втором поколении, он почитал музу во всех её обличиях. И дабы совместить полезное с приятным, создал народную комедийно-драмати- ческую труппу. Подбирал репертуар, ставил спектакли и играл наиболее ответственные роли. Помню постановку комедии «Горящие письма» его тёзки Петра Гнеди- ча, довольно популярного тогда, особенно в провинции, драматурга. Все средства, вырученные от представления, поступали в пользу «недостаточ­ ных учениц» женской гимназии. Аншлаг был полный. Отец, на мой взгляд, не произнёсший за всю жизнь ни единого слова лжи, имел несомненный дар перевоплощения на сцене. Он ни разу не сфальшивил и умудрился в вымышленной жизни остаться 123