b000002160

В дверях бросает через плечо: «Вы нас бандитами, разбойниками зовёте. Вот как настоящие русские разбойники и поступим». Две берёзы, приневоленные толстыми натянутыми верёвками, сходятся вершинами невысоко над землёй. Коменданта подталкивают вперёд авто­ матным дулом, он поворачивается с перекошенным лицом, щёки дрожат и синеют, словно гадюка «поцеловала», что-то выкрикивает. Два молодень­ ких лётчика сбитого ТУ улыбаются от костра. Это был их второй боевой вылет, ошиблись при заходе и попали в зону досягаемости охраняющей больше небо, чем землю, артиллерии. Комендант от их улыбок кричит уже дурным голосом. «Он будет говорить, он расскажет всё», - с нескрываемой надеждой говорит переводчица. Солдатская смерть не испугала бывалого вояку, испугала смерть лютая. Немца уводят в землянку, снова сажают за стол, и теперь он строчит, как пулемёт. «Вещий Олег» морщится: его не интересует, как на радостях от полученных наград уговаривали его полицаи поехать на ночь в хуторок к прелестным безобразницам. Комендант обречённо кивает и говорит обсто­ ятельно, рисует схему, выкладывает всё как на блюдечке. Допрос заканчи­ вается, но командир хмурится: вот, мол, и заработал на лёгкую смерть. Но «лёгкая» бывает только на исключительный характер, переводчица тара­ щит глаза, в них ужас. Обоих уводят, но на дорожке, чуть помедлив, ведут в разные стороны... Той же ночью партизаны на трофейных повозках выезжают к гарни­ зонному укреплению, позади одной повозки - лёгкая пушка. Она вбивает снаряд за снарядом в самые уязвимые места оградительного сооружения. Ещё не отрезвевшие, ошеломлённые фашисты высыпают на открытое про­ странство, беспорядочно палят. Строчит «Максим», снова бьёт пушка, ко­ лотит миномёт, а автоматные очереди завершают разгром. Партизаны, когда надо, берут «языков», но в плен - никогда, они не ре­ гулярная армия, им пленных всё равно деть некуда... «3-запомни это, Т-то- лик», —говорит Пантелеев. Толя это и без него знает, он в отряде почти два с половиной года, сам опалён, обстрелян, а шмыгает носом совсем по-маль- чишески - належался на холодеющей земле. Капитан поднимается во весь рост и, с автоматом наперевес, не стреляя, шагает к пролому в укреплении замолчавшего гарнизона. Тут и конец. А впереди праздник. К нему тоже всё готово, но командир ещё не даёт «добро» —ждёт гостей, и вот они прибывают: командир смежной партизан­ ской бригады Протасов со своим штабом. Снега пока нет, но они в белых добротных полушубках. «Ч-что, Т-толян, в-видно, б-быть с-скорой з-зиме? - улыбается, подмигивает Пантелеев. - Он-ни з-зря н-не н-наденут». И хоть день разогревается, и тянутся нити паутины, и жизни нить кажется бес­ конечной чувствуется какая-то скорая перемена - и в природе, и в обста­ новке... Но праздник есть праздник, и уже никакое предчувствие ему не помеха. ■’ 100