b000002145

и садился под зеленоватый свет лампы... Но однажды случилась уменя бессонная ночь. Я вышел из дому, походил по хрустящему мартовс­ кому насту и, чтобы скоротать время, стал отыскивать в небе знако­ мые созвездия и звёзды. Нашёл Орион, Кассиопею и звезду Альтаир в созвездии Орла. «Альтаир... Альтаир...» - повторял я мысленно, а потом вслух. И вдруг такая тоска по любви охватила меня, что я тут же проклял свою упорядоченную, замороженную жизнь, свою чис­ тую комнату, свои гимнастические гантели, и завертело меня с той ночи, как щепку в половодье... Товарищ мой быстро поднялся на ноги и, чуть отвернувшись от меня, смотрел на широкий пойменный лес, до густой синевы взъе­ рошенный ветром. - Невесёлые как будто истории я рассказал тебе, - снова загово- рил товарищ. - Ящерица умерла, девушка разлюбила, а прекрасное имя Альтаир одним своим звуком нагоняет печаль... Но всё равно это счастье! Понимаешь ты меня? Я говорю, великое счастье - жить на Земле, многострадальной голубой планете... Мы долго ещё блуждали в тот день по частым березнякам, по по- лям, по дубовым и ольховым гривам поймы. К вечеру стало свежеть. И когда мы вышли из лесов к деревне, дыхание клубилось у рта тон- ким паром. Странен и как-то неземно жёлт был воздух над деревней и над широким выгоном перед ней в лучах низкого солнца. Лошади, что паслись за деревней на бледной прошлогодней траве, переста­ ли щипать, вытянули шеи и смотрели все в одну сторону - на узкую, как крыло, лиловую тучу. Наши длинные тени путали их. Это были тяжёлые рабочие кони. Они увесистой рысью побежали прочь, но вдруг разом остановились и стали нервно слушать холодную тиши­ ну вечера. - Ещё один день, - сказал мой товарищ. - Ещё один незабывае­ мый день. Мы шли медленно, и, когда поднялись на крыльцо, уже стемнело. Но высокое прозрачное и почти беззвёздное небо продолжало чуть светиться изнутри, и полая вода далеко внизу, в пойме, поблёскива­ ла тем же бледным светом.